У меня нет времени думать о нарядах.
Это уж точно, что она – не лондонская леди. Лондонские леди, как, к примеру, леди Сьюзен, стали бы рассуждать о моде, а не об огороде и хмельнике. И уж конечно, не искать вредных насекомых на растениях.
Гарри и сам расхохотался.
– Что смешного? А вот я и поймала тебя! – Пен сняла какое-то насекомое с листа и пальцами раздавила.
– Просто представил здесь лондонских леди.
– Леди Сьюзен Палмер? – Пен покраснела. – Забудь, – пробормотала она и пошла вдоль посадок.
«Ага, значит, Пен читает колонку светских сплетен.
Любопытно».
Гарри посмотрел по сторонам. Они были одни. Высокие растения скрывали их от любопытных глаз. Обстановка была вполне интимная.
Он догнал Пен.
– Вот цветы хмеля, – сказала Пен. – Шишечки.
То, к чему она прикасалась, действительно очень напоминало крошечную сосновую шишку."
"– Примерно через неделю, когда они окончательно созреют, мы позовем сюда обитателей приюта и жителей деревни – всех, кто пожелает помочь собирать хмель. У нас не слишком большое хозяйство, чтобы мы нуждались в батраках, хотя Каро настаивает, что нужны работники, и, может быть, со временем она их наймет.
– А как ты узнаешь, что шишечки созрели?
В Пен в этой ее роли было что-то удивительно притягательное. А неуверенность в себе, которую он уловил в ее голосе, когда она сравнивала себя с мисс Андерсон, исчезла. Теперь ее голос звучал уверенно и… убедительно.
– Это можно узнать по твердости шишечки и по аромату. Вот. – Она поднесла пальцы к его носу.
– Они пахнут травой. Когда же они созреют, то будут пахнуть… – Пен засмеялась. – Будут пахнуть хмелем.
Гарри взял ее пальцы, сжал их и поднес к губам. Сделал глубокий вдох. Да, это аромат травы, но кроме него еще и сладкий, пряный аромат самой Пен. Он погладил тыльную сторону ее ладони, такую мягкую. Большим пальцем провел по ее ладони. На ощупь она оказалась жестковатой. Рука труженицы. Сильная рука.
Ему захотелось почувствовать ее на своей груди. На животе и ниже. Как ему нравилось, когда Пен прикасалась ладонью к…
– Гарри… – Пен потянула руку, словно хотела высвободиться, однако не слишком настойчиво.
Он прижался губами к ее запястью и между губами ощутил биение пульса.
– Мне так тебя не хватало, Пен.
– Гарри, я…
Он обхватил руками ее лицо.
– Что?
– Я…
– Папа! Мама! Посмотрите! У меня корзинка для пикника.
Ему стало досадно, но они с Пен рассмеялись, когда увидели, как Гарриет бежит по заросшему травой проходу между растениями.
