Соловьев снова приоткрыл дверь, на что я вытаращил глаза и запихнул друга обратно.
– Как хочешь, принцесса, – произнес равнодушно. – Удачи.
И сделал пару шагов, усердно топая.
– Пожалуйста, – почти в панике крикнула девушка вдогонку.
Больше набивать цену себе я не стал. Вернулся, взял Василису за руку.
– Совсем ничего не видишь? – спросил, всматриваясь в красивое лицо.
– Самостоятельно не смогу передвигаться в потоке людей, перейти улицу, увидеть номер автобуса. Так что да, – она грустно подытожила.
– Поехали, – крепко перехватил узкую ладонь и повел девушку по коридору.
– Отвезу домой.
– На мотоцикл я не сяду! – принцесса заупрямилась, шаг сбавила, руку вытягивала.
– Выбора у тебя нет.
– Я сказала, нет! – остановилась как вкопанная и попыталась освободиться от моего захвата. – Сама доберусь.
Неужели боится?! Я всматривался в лицо. Да, именно страх читался в глазах.
– Такси? Метро? Автобус?
– Такси, но платишь ты!
– Ну а кто же еще, – я со смехом согласился.
Пока мы шли, Василиса не проронила ни слова и безропотно следовала, вцепившись в ладонь.
От странности происходящего я так и пялился на женский профиль. А у шахты лифта приобнял девушку за талию. Под безразмерной толстовкой скрывалось гибкое и упругое тело. И зачем прячет себя?
Завел девушку в лифт и, повернув ее к себе спиной, распластал пальцы на тонкой талии, прижимая. Я ведь это делаю ради безопасности. Могут толкнуть, наступить на ногу…
– Будешь меня лапать, я тебе лапы выдерну, – Василиса прервала мои размышления.
– Тут много людей, могут задеть, – произнес я ровным голосом.
Не считая нас, в огромном лифте офисного здания было еще двое. Ссутуленный паренек и яркая блондинка.
Парень хмыкнул, подмигнул мне. Но от моего ответного взгляда стушевался и отвел взгляд.
– Ты так вкусно пахнешь. Сладко. Уютно. Детством.
Черт! Я что, это сказал вслух?!
Василиса дернулась в объятиях.
– Уютно?! Я тебе что, диван? Детством… – возмущенно шипела почти шепотом, но толку, когда на нас пялились. – Ты вообще понимаешь, что девушкам такого не говорят?! – она отпихнула меня и, запустив руки в карман, развернула конфету.
– Открой рот, иначе я могу перепутать и сунуть тебе в ноздрю. Шнобель у тебя знатный, в ноздрю и маленькая «Аленка» со свистом войдет.
Девушка прищурилась и все равно попала чуть правее – в щеку.
На языке разлился давно забытый вкус барбариса.
– Теперь и ты уютный, и детством пахнешь, – Василиса обиженно отвернулась.
В лобби я помог девушке одеться и застегнуть куртку.
