Симпатичная девушка в белом халатике, сидевшая за стойкой ресепшена, тактично поинтересовалась у меня, какова цель моего визита.
– Да вот, хочу изменить форму носа. Кажется, это называется ринопластикой, да?
– Да, – подтвердила администраторша, присматриваясь к моему лицу. – Вы пришли по правильному адресу.
– Говорят, ваш Жупанов просто чудеса творит...
– Да, Андрей Александрович – очень хороший хирург. Но сначала вам надо пообщаться с его ассистентом, Старыгиной Валентиной Ивановной. Она вас осмотрит, проконсультирует.
– А нельзя проконсультироваться лично у Жупанова?
– Понимаете, он не ведет предварительный прием пациентов.
– А почему? – не унималась я.
– Он очень занят. Все-таки Андрей Александрович – главврач клиники, к тому же он оперирующий хирург.
– Ладно, запишите меня к Старыгиной, – сдалась я.
Администраторша полистала журнал и сказала:
– Вы можете встретиться с ней через час. К ней только что зашла одна пациентка, на одиннадцать часов назначена другая, а вот в одиннадцать тридцать Валентина Ивановна сможет вас принять.
Вы подождете? У вас есть время?
Значит, у них тут конвейер. Всего полчаса достаточно для того, чтобы решить судьбу человека – резать или не резать. Действительно, зачем тянуть? Хирург тоже человек, и ему позарез – каламбур! – нужны деньги. Больше клиентов – выше доход.
– Пожалуй, подожду, – сказала я, даже обрадовавшись тому, что у меня появился целый час для законного пребывания в стенах этой клиники, и это время я смогу употребить по своему усмотрению.
– Замечательно! Гардероб – направо, а кабинет Старыгиной – на втором этаже, в левом крыле.
Девушка ответила на телефонный звонок, а я воспользовалась тем, что она отвернулась от меня, достала мобильник и сфотографировала лицензию, вывешенную в рамке под стеклом для всеобщего обозрения. Затем я направилась в гардероб."
"Сначала я посидела напротив кабинета Старыгиной на белом кожаном диванчике и просмотрела рекламные буклеты клиники. Они красноречиво свидетельствовали о том, какие чудеса может творить пластическая хирургия.
Но после общения с Владимирцевой доверия именно к этой клинике у меня не было, и в частности – к доктору Жупанову. Насмотревшись фотографий каких-то людей и их отдельных органов до и после операции, я пришла к выводу, что люблю себя такой, какая я есть. Женщина постбальзаковского возраста, вышедшая от Старыгиной, на мой взгляд, тоже не нуждалась в пластике. Она показалась мне очень даже симпатичной.
