Опомнись, Филомена!

Рассказ занял какое-то время. Собеседник, утомившись неудобной скрюченной позой, присел на борт, и теперь я оказалась зажатой мужскими коленями.

– То есть, – прошептал супруг, – над Аквадоратой в данный момент нависает чудовищное цунами?

Я не ответила, вопрос был риторическим.

– И что помешает кракену разрушить город?

– Осторожность. Бедствие такого масштаба, разумеется, будет замечено не только на материке и не только людьми. Гипокампус когда-то был скакуном Посейдона, но, видимо, его изгнали. Ты ведь знаешь о морском божестве?

– Разумеется, – фыркнул супруг, – только не говори об этом в присутствии монсеньора кардинала.

– Иначе он устроил бы Аквадорате небольшой конец света, как только обнаружил свою самку в водах нашей лагуны.

– Похоже на правду.

– Передай своему дожу, – раздалось в голове, – чтоб он перестал сомневаться, а занялся с тобой любовью.

– Синьор Гипокампус, – пробормотала я, – подслушивать неприлично.

– Скажи ему, что неприлично не трогать свою жену в плотском смысле.

– Силен! – разозлилась я. – Просто у людей это происходит несколько иначе, мы размножаемся только когда уверены, что встретили свою половинку…

– С кем беседуешь? – Холодная ладонь Чезаре потрогала мой лоб. – Со счастливым отцом? Он одаривает нас мудростью семейной жизни? Скажи ему…

– Сам скажи, он тебя слышит.

– О великий Гипокампус, – напевно начал дож, – мы приветствуем вас в безмятежной Аквадорате.

"Речь была церемониальной и, хоть произносилась вполголоса, звучала солидно.

– Что он ответил? – спросил Чезаре.

– Ничего, – покраснев, соврала я. – Нет, синьор Гипокампус, я не буду это озвучивать. Ну хорошо, не угрожайте. Кракену любопытно, почему ты не вступил со мною в супружеские права. Он интересуется, достаточно ли я красива по человеческим меркам.

– Более чем, – кивнул Муэрто. – Женщин прекрасней не рождала наша благословенная земля. Но Филомена, о великий Гипокампус, сочеталась со мною браком под нажимом обстоятельств.

Выслушав ответ, я поморщилась.

– Он спрашивает, почему ты до сих пор не убил соперника. У нас так не принято, синьор Гипокампус.

Солнце почти скрылось за горизонтом. Я озябла под холодной парчой камзола и спрятала ледяные руки на груди супруга.

– Кракен на время прощается, его семейство уже плещется в городских каналах.