Оппоненты Европы

– У нас опять случилось несчастье, – еще больше понизив голос, сказал портье, – несколько минут назад застрелили одного из наших гостей. В здании отеля столько сотрудников полиции и службы безопасности, а его убили.

– Кого? – изумленно спросил Дронго. – Кого застрелили?

– Четыреста двадцатый номер, – сообщил портье, – мы только сейчас об этом узнали.

Наверное, ни одно другое сообщение не могло бы его так потрясти. Он сжал зубы. Нужно успокоиться, но успокоиться невозможно. Четыреста двадцатый – это номер, в котором он живет.

И несколько минут назад туда должна была войти Мадлен, которой он дал свой ключ. Именно поэтому он все осознал в течение нескольких секунд. И бросился к кабине лифта. Он уже не помнил, когда у него дрожали руки. Но в этот раз, нажимая кнопку лифта, он заметил, как у него дрожат пальцы.

«Кретин, – сжав зубы, думал Дронго, – ты ведь все уже давно понял. Им важно было не только сорвать конференцию, но и убрать человека, который мог разоблачить убийцу. Нужно было любым способом убрать так некстати оказавшегося в этом вагоне и в этом отеле эксперта.

И конечно, сразу после взрыва нужно было увести отсюда Мадлен и поменять свой номер».

Ему казалось, что кабина лифта еще никогда так медленно не ползла наверх. Наконец четвертый этаж. Он выскочил из лифта, бросаясь по коридору к своему номеру. И остановился как вкопанный. Из его номера выносили накрытое простыней тело. Сомнений теперь не оставалось. Неизвестный убийца ждал его в номере и, когда туда вошла Мадлен, выстрелил… Он ждал хозяина номера и, очевидно, начал стрелять, как только открылась дверь.

– Вам повезло в очередной раз, – услышал он приглушенный голос за спиной и обернулся. Это был комиссар ван Лерберг, – я думал, что мне придется разбираться еще и с Интерполом, когда мы сообщим им о вашей смерти.

– Я был внизу, – сказал Дронго, оборачиваясь к нему, – вышел на улицу, чтобы еще раз услышать бредовые речи Схюрмана и побеседовать с семейной парой Ангелушевых.

– Вам повезло, – вздохнул комиссар.

 – Вы не играете в казино? Я думаю, что вам должно везти…

– Не играю, – покачал головой Дронго, глядя, как мимо проносят труп, накрытый простыней, – я вообще не люблю играть с судьбой. Как вы узнали о моем номере?

– Горничная, – пояснил ван Лерберг, – такая невероятная случайность. Мы приказали проверить все номера, чтобы найти в них возможных чужаков. И когда она открыла дверь, то обнаружила труп. Свежий труп, господин эксперт. Кровь еще не свернулась.