Опричник Тайного Приказа

Там и кофейку выпьем, наконец, а то я сегодня еще ко второй чашке не приступал. Кофеман, знаете ли. Кофе для меня не напиток, а средство передвижения."

"«Надо срочно позвонить Игорю», — подумал Ростислав, шагая за директором музея в его кабинет. — «Это его друг, он его лучше знает, может подскажет чего, чтобы обойтись без крайностей».

***

— Интересный вы человек, — произнес директор музея, разливая из электрической кофеварки по чашкам кофе. Его голос звучал странно — будто он знал больше, чем показывал.

— Серьезно? Что во мне такого интересного? — удивленно подняв брови, пожал плечами Росс.

— Вы первый, на моей памяти, кто заинтересовался этим крестом. Как правило, спрашивают за другие, обычно за тот, что лежит слева, потому что он выпадает из традиции шестнадцатого века.

«Черт, возьми, а Борисович-то не прост», — подумал Ростислав, молча слушая.

Директор поставил на стол перед гостем чашку кофе. Ростислав благодарственно кивнул, но кофе пить не спешил, рассудив, что кто его знает, что в нем.

— Просто, характерный, от того и заинтересовался, всегда интересно помыслить глядя на антикварную вещь, о судьбе человека, которому она могла принадлежать… — начал опричник.

— Есть мнение, что вещь эта непростая, — перебил его Иван Борисович, открывая шкафчик и доставая пакет с печеньем, — для тех, кто знает слово и дело…

Опричник замер. Только, что директор музея произнес девиз, который являлся своего рода паролем. Правда, только первую часть и в каком-то заплетенном в предложении виде и явно ждал ответа.

— Есть люди для которых честь и сила действительно превыше всего, — также размыто ответил Росс.

Директор внимательно посмотрел на него, достал из сейфа баночку меда из-за которой выглянул небольшой металлический предмет. Ростислав задержал дыхание. Это был браслет Тайного Приказа.

«А вот это неожиданно», — подумал Росс и непринужденно, словно машинально потер левый локоть и, как бы невзначай задрав рукав, мелькнул браслетом на руке.

— Вот, об этом я и говорю, — многозначительно произнес директор музея, — вы интересный человек. И крест этот интересный. Есть версия, что изначально он принадлежал знаете кому?

— Святому Амвросию…

Директор резко поднял глаза:

— Откуда вы знаете? Эта информация никогда не публиковалась.

Опричник молча, не мигая смотрел на него. Дождавшись, когда дискомфорт от затянувшейся паузы достигнет у директора предела терпения, Росс заговорил.