Опричник Тайного Приказа

Девушка жива, только пока нужна рейдерам как рычаг давления, и её можно использовать. Потом она станет опасным свидетелем.

Внезапно Ростислав встал, достал горсть золотых монет и выложил их на стол перед Игорем.

— Найди способ продать, деньги надо передать семье охранника.

Оба молча уставились на опричника.

— Давайте-ка так сделаем, — сказал Росс. — Пусть полиция работает своими методами и копается в своих бумажках. Нам нужно вызволить Елену. Но проблема в том, что мы не знаем, где её держат. Я попробую пробраться к Курбинину и найти её.

Хворостин вспомнил, как действует опричник. Допрос Зомара он провёл быстро и эффективно, узнав всё, что тот знал. После в сутенере не осталось даже страха — лишь остекленевший взгляд и тяжёлое молчание. А то, что произошло в Ростове Великом, больше напоминало зачистку спецназом базы боевиков. Методы у него были… эффективные. Но сейчас всё иначе.

— Как ты это провернёшь? Курбининские уже в курсе, кто ты. Потом, это же не в лесу избу разбойничью штурмовать. Если ты будешь действовать так же, как сегодня ночью, то это будет побоище в центре города.

Сейчас не шестнадцатый век.

— Поэтому, — перебил его Росс, — я сделаю это один. Я здесь призрак, меня вообще не существует. Меня нет в базах, нет в архивах. Пока полиция будет перебирать свои бумажки, я найду Елену. Судя по тому, с какой скоростью полиция расследует похищение человека и нападение на офицера ФСО, пусть даже он в тот момент работал в частном порядке, терять нам особо нечего.

— Может, ты и прав — наши спецслужбы вынуждены действовать в рамках закона, — тяжело вздохнул Хворостин.

— Тогда хотя бы скажи, как ты это сделаешь?

— Я не могу это объяснить в рамках понятных вам вещей, но выбора у нас нет. К тому же… — опричник замолчал.

— Что? — насторожился Хворостин.

— То, что клан Курбининых ещё до сих пор существует — это моя недоработка там, в шестнадцатом веке. Курбинины за спиной царя сговорились с поляками, и решить с ними вопрос я не успел, потому что был отправлен сюда.

— Ты серьёзно? Сейчас другие времена и правила, опричнины давно нет, и нельзя просто так…

— Времена? — Росс рассмеялся коротко и жёстко.

— Времена — это иллюзия, которую люди сами себе придумывают. А меч и пуля — это всегда реальность. И правила пишут те, у кого власть и сила. Что толку в законах, если они не защищают народ от преступников? Я присягал Московскому Царю и только перед ним несу ответственность.

Вместо ответа Хворостин тяжело вздохнул. В комнате повисло молчание.