Онлайн-библиотека книг
Однако, что-то пошло не так. Род Воротынских явно не пресекся, но посланника никто не встретил. Елена, которую опричник случайно встретил ночью на берегу реки, была один в один похожа на ту, которую он видел на церковной службе в Благовещенском соборе неделю назад, но она не знала кто он. Да и браслет Тайного Приказа на его руке, она воспринимала скорее, как забавное украшение.
«Но ведь кто-то должен был остаться из их рода, кто по крайней мере посвящен в его тайну,» — размышлял Ростислав, — «Ох, и наломал я дров с этими любовными утехами.
— Елена Воротынская? — переспросил он, — а это на портрете твой дед?
— Да, Михаил Петрович Воротынский. Прадед был потомственный офицер, еще до революции в юнкерском учился. Ну, и назвал своего младшего сына в честь боярина Михаила Воротынского, которого считал нашим предком. И прадед, и дед всегда восхищались им, особенно тем, как он выиграл битву при Молодях.
Ростислав не просто слышал. В этом сражении он принимал непосредственное участие. Крымский хан выждал момент, когда все силы русского государства будут связаны Ливонской войной и подступил со своим войском к Москве. Тогда решалась судьба, а точнее сам вопрос существования Московского царства. Это была самая кровопролитная битва из всех, в которых Ростиславу приходилось участвовать.
— Помню, конечно, — неопределенно ответил опричник."
"— Дед всегда любил историю, рассказывал много интересного. Собственно, и на Купалу-то я начала ездить благодаря ему. Место, где мы с тобой повстречались, он облюбовал еще в советские времена. Каждый год ездил туда в это время, рыбачил, ночевал там по нескольку дней. Когда мы с братом подросли, он стал брать нас с собой. Мы там купались ночью, пекли картошку, здорово было. Костер, кстати, на том же самом месте разводили, где и сейчас он был.
