Когда мы с Ларисой выходим на крыльцо, чтобы проводить Самойловых, я вижу, как по дороге к поместью приближается машина. Кто-то из уже уехавших гостей что-то забыл?
Из автомобиля выходит человек в деловом костюме, который с некоторым удивлением разглядывает праздничное оформление поместья. Заметив меня, он быстрым шагом приближается. Низко поклонившись, говорит:
— Добрый вечер, ваше благородие! Надеюсь, я вас не потревожил.
— Добрый вечер. Как видите, сегодня у меня и так много гостей. Чем могу помочь? — интересуюсь я.
— Я прибыл от лица её императорского величества Анастасии Фёдоровны, чтобы передать вам это, — мужчина достаёт из внутреннего кармана конверт с золотыми уголками и двумя руками протягивает его мне.
— От кого⁈ — у Виктора и его отца, которые ещё не успели далеко отойти, отвисают челюсти.
Собственно, то же самое происходит и с другими гостями, которые услышали фразу посланника. Только Лариса не удивляется. Она-то уже в курсе, что я неплохо знаком с императрицей-матерью.
— Благодарю, — сдержанно отвечаю я и забираю конверт.
Хоть меня и гложет любопытство, не хочу открывать его при всех, поэтому убираю его в карман. Пусть будет почва для слухов — я не против, чтобы люди гадали, что же за послание передала мне Анастасия Фёдоровна.
Посланник снова кланяется и немедленно возвращается к машине, пожелав нам приятного вечера.
— Зверюга, что за дела? Ты знаком с ней? — начинает допытываться Виктор.
— Немного. Танцевали с ней на балу в Зимнем дворце, — пожимаю плечами я.
— С самой императрицей-матерью? И ты остался жив после этого? — округляет глаза Самойлов-старший.
— Ну что вы, Борис Анатольевич. Анастасия Фёдоровна очень милая женщина.
— Безусловно, но… не самая милосердная. Говорят, что в прошлый раз мужчине, который пригласил её на танец…"
"— Отрубили голову, знаю. Моя, как видите, на месте, так что можете не беспокоиться, — усмехаюсь я.
— Я просто удивлён, что ты получаешь послания от столь высокопоставленных людей, — объясняет граф Самойлов.
Он явно хочет спросить, что же в письме, но благоразумно решает не проявлять излишнего любопытства.
Ещё раз пожав мне руку, он уходит к машине. А вот Витёк оказывается более настойчив. Буквально подпрыгнув ко мне, он шипит:
— Что там? Покажи!
— Разве можно вскрывать послания от коронованных особ прилюдно? — наигранно удивляюсь я.
— Зверюга, не издевайся! Я же твой друг! А Лариса теперь вообще твоя девушка! Ты от нас обоих собираешься скрывать⁈
— Только от тебя, — смеюсь я.
