Щелкунчик бросается на демонов, на ходу распахивая пасть. Когда враги замечают его, один из демонов формирует заклинание и отправляет в монстрика дюжину острых каменных игл. Я не беспокоюсь, ведь астральный доспех защитит и от более серьёзных угроз. Но мой питомец решает проблему по-своему.
В его глотке появляется магическая воронка, и втягивает летящие иглы. Ого, да Щелкунчик не просто вырос, у него появились новые способности! Полагаю, что мелких противников он теперь сможет всасывать в свою пасть, как пылесос.
С помощью подросшего Щелкунчика мы легко справляемся с демонами. С одним цербером он справляется в одиночку, поочерёдно откусив псине все три головы.
Уничтожив сердце, мы в темпе вальса покидаем разлом. Оказавшись в крепости, я с удивлением замечаю, что группа Георгия нас уже ждёт.
— Мы первые, командир! — с широкой улыбкой объявляет он.
— Вижу, молодцы! Сейчас дождёмся группу Греха и повторим соревнование.
— Вызвать добытчиков? — спрашивает Мрак.
— Да, пусть поработают, — киваю я.
Когда я вечером возвращаюсь домой, Лариса выбегает на порог, бросается мне на шею и целует в губы. Её глаза искрятся, как две изумрудные звёздочки.
— Кто-то в хорошем настроении, — замечаю я.
— Ещё бы! Я выбрала платье.
— Правда? Покажи.
— Размечтался! Ты увидишь меня в нём только на свадьбе, — Огонёчек игриво чмокает меня в нос, а потом вдруг резко становится серьёзной и говорит:
— Тебе тоже надо выбрать свадебный костюм. Когда ты этим займёшься?
— Ого, какая ты строгая.
Займусь на днях, не переживай. Пойдём в столовую, я проголодался. Привет, Мирон, — здороваюсь с дворецким, который невозмутимо ожидает неподалёку.
— Добрый вечер, ваше сиятельство. Ужин сейчас подадут, — с поклоном говорит он.
— Спасибо.
— Андрей, привет! — на лестнице вдруг появляется Светлана, дочка Мирона. В руках она несёт большой лист бумаги.
— Привет, Светик, — улыбаюсь я.
— Доченька, к Андрею Алексеевичу нужно обращаться «господин» или по имени-отчеству, — наставляет её дворецкий.
— Но он разрешил просто Андрей! — протестует девочка.
— Только когда рядом никого нет, — стреляя взглядом в слугу, который моет пол паровой шваброй в другом конце прихожей.
— Ну, хорошо. Прости, папа. Простите, Андрей Алексеевич.
— Всё в порядке. А что это у тебя в руке? — интересуюсь я.
— Я нарисовала тебя! — Света протягивает листок мне.
На рисунке изображена Дворцовая площадь, судя по Александровской колонне.
