Начало восхождения было не трудным, но чем выше, тем сложнее становилось отыскивать подходящие уступы. Несколько раз Хайнц зависал над отмелью на кончиках пальцев одной руки, судорожно высматривая хоть какую-нибудь трещину.
Но упорство и огромная сила все-таки победили. С трудом перевалившись через край расселины, Хайнц несколько минут тупо пялился в вечернее небо, переводя дух. Медленно поднявшись на ноги, штурмфюрер старательно огляделся и, удовлетворенно кивнув, тяжелой рысью двинулся вниз по течению.
Ему, можно сказать, повезло: километрах в десяти от того места, где он выбрался, через реку был переброшен подвесной мост.
От него до границы монастыря предстояло одолеть еще семьдесят километров. Не теряя времени даром, Хайнц продолжал бежать, заставляя себя двигаться, несмотря ни на что.
Это было нечто похожее на самогипноз: ритмично двигая ногами и руками, он повторял про себя слова детской считалочки. Впрочем, проговаривать можно было все, что угодно. Главное, чтобы был ритм. Вогнав себя таким образом в легкий транс, Хайнц пробегал километр за километром.
К вечеру следующего дня, усталый, посеревший, но живой Хайнц ввалился в ворота монастыря, первым делом спросив о хозяине. Узнав, что всесильный старик находится в замке, он решительно направился на служебные этажи. Туда, где располагался кабинет хозяина. Ворвавшись в приемную, он ткнул пальцем в секретаря и, не давая тому опомниться, приказал:
– Доложи, что Хайнц вернулся и просит срочно принять его.
– Вам придется подождать, герр Хайнц, – начал было секретарь, но штурмфюрер не дал ему закончить.
Перегнувшись через стол, Хайнц ухватил секретаря за отвороты дорогого пиджака и, выдернув из кресла, одним могучим рывком вскинул парня над головой.
– Я сказал, доложить срочно! – заревел он, швыряя секретаря в двери кабинета.
Двери оказались не запертыми, и секретарь, ввалившись внутрь, рухнул на роскошный ковер.
Сидевший в кресле с какими-то бумагами хозяин с интересом посмотрел на тяжело ворочающегося секретаря и, переведя взгляд на стоящего в дверях Хайнца, с усмешкой в голосе спросил:
– Ну, и как прикажете вас понимать, герр Хайнц?
– Я должен срочно сообщить вам важные новости, хозяин.
А ваш секретарь, похоже, не понимает слова «срочно». Пришлось немного ускорить события, – упрямо набычившись, ответил Хайнц.
– Что ж, тогда входите и рассказывайте. Но прежде, чем вы начнете, считаю своим долгом сказать, что очень рад вашему возвращению.
