Орки под Москвой

— Так! Все хитрожопые, кто думает, что их не видно за заборами! У вас двадцать секунд, чтобы выйти! Потом начинаю отстрел.

Отряд пополнился еще на десять человек, а количество трупов выросло на шесть.

Ну сколько тут. Человек шестьдесят. Остальные или спят в пьяном угаре, или попрятались, или их успели перебить наши. На безрыбье… Хоть чуток толпу орков растащат, и то лучше, чем дохнуть с бутылкой и перерезанным горлом!

— К шоссе — шагом марш! Любая сволочь, что попробует сбежать, получит стрелу в затылок!

— Свои, Федь! Добровольцев привел! — я улыбнулся новому союзнику.

— Да не успели толком сделать ничего, — он покосился на дрожащий пьяный строй. — Только собрались, приоделись, кое с кем перетерли, и тут новости.

— Человек пятьдесят. Сейчас бегают мои люди, остальных собирают, думаю, сотни полторы будет.

— Ну и моих пятнадцать плюс шестьдесят.

— Скажи спасибо, пришли… и надо смотреть за ними… Куда пошел, сука! Назад! Кому шмотки нужны, подходим по одному сюда. А потом встаем там, где говорит вот этот мужик, его Федя зовут… Стой, пидор!

Я активировал огненную стрелу, и горящий труп дезертира упал на землю.

— Все, кто выживут, получат шмотки, которые мы выбьем с орков, и могут идти куда угодно или вступить в наши ряды. Вы грабили сегодня женщин и детей! Это ваша возможность реабилитироваться! Лучники, туда! Кто опустит оружие, направит его в сторону своих или убежит — умрет!

— Туши факелы! — заорал Федя и, вывалив лишние шмотки из рюкзака рядом с моими, умчался к своему отряду.

— Ксюша, Иль, Фри, Костя, Палыч — к лучникам, кто побежит, убивайте! — я повернулся к рекрутированному сброду, хотя не все из них были таковыми, каждый третий одет и готов к сражению. — Строем проходим мимо кучи, берем по две шмотки и идем вон за те машины. Шагом марш.

Орки приближались и факелы не тушили. Рыл сто шестьдесят — сто семьдесят, навскидку, но самое хреновое, что в отличие от наших, они хотели драки. Широкий фронт, всюду щиты. Я физически ощущал, что Шамилевские прихвостни сейчас побегут.

— Держать строй! Всем по оранжевой шмотке за каждого убитого орка!

— Огонь! — раздался крик за нашими спинами, потом глухой удар, и гроздь горящих осколков пролетела над нашими головами.

Ебать! Неужели катапульта?

Орудие было плохо пристреляно, да и мощность оставляла желать лучшего. Снаряды зацепили лишь передние ряды врага, но моральный эффект был колоссальным.

Орки замедлили бег, растерянно оглядываясь, наши же бойцы застучали оружием по крышам машин.