Орки тоже люди

Только больше ничего не разрушай, договорились?

— Не буду. Только ты не пропадай, хорошо?

— Я постараюсь.

Он отпустил меня не сразу: целую минуту жадно всматривался в меня, наверное, стараясь запомнить раз и навсегда, а потом нехотя разжал пальцы.

— Я буду тебя ждать, — шепнул он напоследок. — И удачи тебе в спасении меня.

— Спасибо, удача нам точно не помешает.

Я улыбнулась, пообещав себе уделять и маленькому принцу больше внимания. Он, конечно, не понимает, что именно потерял, но, возможно, и этот Асарил станет здесь чуточку счастливее.

Ведь не могла же их связь полностью исчезнуть, правда?

Возвращение в себя реальную прошло тяжко. Затекшее в одном положении на жестком камне тело не желало слушаться — пришлось вставать и разминаться, превозмогая ломоту и неприятные покалывания в онемевших конечностях. Приведя себя в форму, я нащупала висевшее на шее украшение — значит, здесь всё в силе. А вот сережку из уха я предпочла вытащить и надежно спрятать во внутренний карман. Незачем темным о ней знать.

Даже думать страшно, что может случиться, попади такая опасная и сильная штука не в те руки. Собственно, она разок уже оказалось не в тех руках — теперь вот расхлебываем.

После вытаскивания одной сережки появился логичный вопрос: а где висевшее на ее месте кольцо? Я ведь меняла их местами в другой реальности — не могло же оно остаться там? В кармане, куда я его убирала, кольца не нашлось, в других также пусто. Да что ж такое?

Я принялась оглядывать и ощупывать пол и с облегчением заметила серебристое колечко в том месте, где я сидела.

Оно просто лежало на полу, дожидаясь, когда его наконец найдут. Я с грустью посмотрела на него, прежде чем вставить обратно в ухо. Сможем ли мы когда-нибудь общаться с Луаронасом как раньше?"

"А вот дальше начиналось самое интересное. Выход (он же вход) по-прежнему находился в закрытом состоянии — никаких рычагов, выступающих камней или чего-то еще я не обнаружила. Площадка, какое бы назначение ни имела — наблюдательный пункт, ритуальное место или просто так, для красоты, — оказалась совершенно пустой, глазу зацепиться не за что.

Отлично, и что дальше? Стучать в пол и кричать: «Откройте, ироды!»? И вообще, почему темные не спешат меня выпустить? Радуются вновь обретенной магии? Или, напротив, что-то пошло не так?

На секунду сделалось жутко: а если у меня на самом деле ничего не вышло? Я ведь и проверить не могу в этом мире — может, снова надеть сережку?

Но минута слабости прошла быстро.