Я, грешным делом, надеюсь, что успею попользоваться им хоть пару секунд…
Но нет, маны у меня столько, сколько у россиян шансов избрать другого президента. Браслет высасывает из меня силы быстрее, чем глава города Х деньги из бюджета… Шансов на успех просто нет.
Но то не страшно, ведь у меня есть альтернативное решение. Как говорится: «У меня была какая-то тактика, и я её придерживался…».
Всё это очень хорошо, но теперь хочется жрать! Безумно!
Поворачиваю голову в сторону тумбочки, на которой в прошлый раз стояла бутылка с водой, и вижу на ней тарелку с желеобразным бруском десять на десять сантиметров.
Рядом всё та же бутылка.
Покормить меня, значит, решили? Спать нельзя, а медитировать можно? Это типа: «Расти, свинка, расти»? Так, что ли?
Да и фиг с ними, еда мне нужна, ибо без неё я загнусь раньше, чем от недосыпа.
В три откусывания сжираю безвкусный брусок, похожий по консистенции на холодец, запиваю водой и решаю пройтись. Физическую форму нужно поддерживать в обязательном порядке.
И что самое интересное — после медитации не так сильно хочется спать.
Это можно сравнить со съеденной конфетой на голодный желудок. Вроде бы ты не наелся, но уже как-то полегче.
Надеюсь, мои мучения продлятся недолго…
* * *На третий день ко мне начал приходить Марк — мой покойный брат. Поначалу я его игнорировал, понимая, что у меня начались галлюцинации, но потом решил пообщаться. Что ещё делать круглые сутки в отсутствие сна?
В основном мы беседовали о прошлой жизни, вспоминали и плохие моменты, и хорошие.
Частенько речь заходила о родителях…
Товарищ, который наблюдал за мной через камеры наверняка охреневал от происходящего. Пусть считают меня поехавших, так даже лучше. Тем более я уже почти закончил с изучением карманного мира. Ещё три-четыре захода, и я найду эту дверь!
К счастью, это случается уже на пятый день. Из неприятного у меня частенько начинаются приступы неконтролируемого смеха. И на туалете сидеть сложно — постоянно падаю…"
"Но всё это в прошлом, ведь я нахожу дверь и выбираю одну из двух предложенных Кузнецом модификаций «АК».
От химических патронов я решаю отказаться, ибо не так универсальны, как вторая модификация… Она уж точно станет сюрпризом для этих агентиков.
Я стучу в дверь и заявляю о готовности сотрудничать. Попутно выдаю всё, что лежит на душе: как мне хочется спать, поесть нормальную еду и помыться. Демонстративно пускаю слезу, а потом и вовсе начинаю рыдать. От счастья, но им этого знать не нужно.
