Они встретили Вадима радостным гомоном и непременным требованием немедленно выпить.
— Не могу, ребята, улетаю, — засмеялся Вадим.
Но для этих людей эта причина не была веским поводом для отказа. Вся их жизнь состояла из поездок. Такая уж профессия — кинематографист. Едешь — прекрасно, вернулся — еще лучше.
— Не могу, ребята, — твердо сказал Вадим, — работа.
— Ладно, — Валера вылез из-за стола, — езжай, Орлов, но помни, великий Нансен сказал: прелесть любого путешествия в возвращении.
— Валера, если мне позвонит Марина…
— Понял, я скажу, что ты улетел, звонил и не мог дозвониться.
Они обнялись. Телефонный звонок настиг Вадима на пороге. Он бросился в комнату, поднял трубку.
— Орлов.
— Это я, Орлов. — Голос Марины доносился издалека, сквозь шорох и писк, казалось, что она говорит из другого города.
— Я срочно уезжаю, Марина. Еду во Внуково.
— Я выезжаю туда.
«Ти-ти-ти», — запела трубка.
Филиппыч гнал машину по осевой и, как ни странно, молчал. Лицо у него было недовольное, губы поджатые, казалось, что мысленно он видит бесконечный спор с молодым инспектором.
Вадим смотрел на шоссе, на пролетающие мимо машины, на деревья, обступившие дорогу, и думал о том, что скоро увидит Марину.
Как сразу и как прочно вошла она в его жизнь. И заслонила все, сделав каждый день праздником. Для него все было счастьем: видеть ее, ждать, думать о ней, только иногда к этому примешивалась горечь неосознанной ревности к прошлому. Марина мало рассказывала о себе. Он знал, что она была замужем еще в институте.
Уехала с мужем работать в Калининград, а вернулась одна. Что произошло, она не говорила, а он не допытывался. Интуитивно он чувствовал, что до него у нее кто-то был. И это казалось ему вполне естественным. Молодая, умная, свободная, красивая. Конечно, что-то было. Умом Вадим понимал. Но именно это что-то заставляло его ревновать. Давно у него такого не было.
Ночью, сидя с Валерой Смагиным на кухне, он сбивчиво пытался передать свое состояние. Валерка посмеивался, ерничал в своей обычной манере и заключал их разговор словами:
— Тебе необходимы личные потрясения.
Иначе ты на всю жизнь останешься в девках. Марина — чудо. Даже если у вас ничего не получится, помни старую истину, что пожар послужил украшению Москвы.
Он не мог обижаться на Валерку. Они много лет жили вместе. Смагин жил легко, весь оплетенный многочисленными романами. Работал он много и тяжело. К труду своему относился взыскательно и серьезно, считая это главным в жизни.
