По звуку безошибочно определил, что где-то недалеко прыгает по ухабам уазик. Валентин спрятался в камышах, наблюдая за дорогой сквозь их круглые, упругие стебли. И почему-то вдруг вспомнил, как в Пицунде в ресторане «Золотое руно» он впервые увидел Наташу и смотрел на нее сквозь растущий на террасе бамбук.
Машина остановилась в нескольких метрах от него. На землю выпрыгнул молодой парень в сером вельветовом костюме и темно-синей рубашке. Он огляделся и начал раздеваться. Оставшись в одних плавках, он достал с заднего сиденья тренировочный костюм и резиновые сапоги.
Потом так же не спеша вынул из машины нечто похожее на резиновый матрас, приспособил к нему ножной насос, качнул несколько раз, и на дороге оказалась надувная лодка. Парень вынул удочки и, насвистывая, поволок лодку к озеру. Валентин глядел, как яркий овал лодки уходит все дальше и дальше, и не верил своему счастью. Машина! Теперь у него машина. Он вылез из камыша, подошел к уазику. Зеленый капот еще хранил тепло и пах знакомым запахом автогонок и многодневных ралли.
На сиденье лежал костюм. Чужой костюм, рядом с ним валялась черная кожаная кепка, тоже чужая. Чужим было все — носки, туфли. Он никогда в жизни не взял ничего чужого. Но голос внутри сказал: «Помни, все помни». Валентин взял пиджак, в нем был бумажник. Раскрыл его и увидел паспорт. Лицо на фотографии чем-то напоминало его, и деньги там были. Рублей, наверное, двести. Он положил все это обратно. Хлопнул по капоту, прощаясь с машиной, и услышал грохот. Где-то вдали летел поисковый вертолет.
Тогда он скинул робу, ботинки и серую рубашку, стремительно переоделся, прыгнул в машину и включил зажигание.
Ах, как давно он не испытывал счастья движения! Как давно!
Машина была послушна каждому прикосновению руки. Он жал, жал на газ, и степь летела ему навстречу стремительно, как раньше гоночная трасса. Газу, еще газу!
Валентин увидел вдалеке маленький домик аэропорта, он все приближался и приближался. На взлетной полосе прогревал двигатели двукрылый «АН».
Скорее. Скорее.
Он затормозил у входа. Выскочил из машины и увидел двух милиционеров. Они шли к нему, и все оборвалось, похолодело, и кончилось счастье. Это был преждевременный финиш его многодневной гонки.
— Вы, товарищ, здесь оставляете машину? — спросил сержант.
— Да. Я последним рейсом вернусь, — хрипло ответил Валентин.
— Тогда прошу отдать мне ключи.
— Почему?
— Вы из геологической партии Ерымова?
— Да. — Постепенно спокойствие возвращалось к нему.
