Осенняя любовь. Уютные истории

Когда я спускалась, лестница скрипела протяжно и громко. В ушах продолжал звучать припев Another Day in Paradise. Я вышла на размытую дорогу и, все еще находясь под впечатлением от Лениного спектакля, не обращая внимания на дождь, в задумчивости остановилась.

Не сразу я расслышала сквозь шум дождя женский голос. А когда меня дернули за руку, я заверещала как ненормальная, потому что была готова поклясться, что с террасы никого поблизости не видела.

– Ох, прости, я тебя напугала!

Передо мной стояла растерянная мама Йована.

Она держала большой черный зонт, с которого стекала дождевая вода. За спиной – припаркованная иномарка с открытой пассажирской дверью. Ливень не затихал.

– Ты внучка Елены Анатольевны, верно? – спросила женщина. Крупные капли хлестали в лицо. Я щурилась от дождя и пялилась на маму Йована. Так испугалась, что не сразу могла понять, для чего я могла ей понадобиться.

– Да, внучка, – наконец кивнула я. – А что такое? Что-то с бабушкой?

После Лениного представления в голову лезли только дурные мысли.

Нашел, конечно, когда меня разыграть… А вдруг случилось что-то серьезное, что соседи в такую непогоду бросились на мои поиски? И эта песня Коллинза заела… Боже!..

Глядя на мое несчастное и перепуганное лицо, мама Йована пришла в смятение. Взяла меня за руку и потянула под зонт.

– Прячься скорее! Вся вымокла! Прости, ты снова из-за меня испугалась. Нет-нет, с бабушкой все хорошо. Меня зовут Александра…

– Очень приятно, – обескураженно пробормотала я, следуя за ней.

– Я проезжала мимо, гляжу, ты стоишь под дождем.

А до дома еще далеко… Тебя подвезти?

Вопрос был риторическим, потому что мы торопливым шагом направлялись к машине. Над лесом по-прежнему нависали огромные почерневшие тучи. Казалось, что дождю нет конца.

Машина Александры была не той, на которой Генрих возил Йована и его отца. Сразу было ясно, что тачка – собственность мамы Йована и водит она ее сама. В салоне было тепло и витал аромат дорогих духов. Мне было неудобно, что я такая мокрая уселась в чистую светлую машину.

Александра отрегулировала зеркало заднего вида и пристегнулась. Ее светлые волосы от влажности завились. Я ненадолго засмотрелась на профиль женщины. Прямой нос, выразительные скулы и изогнутые, как у Йована, ресницы. Еще на улице я отметила, какие у Александры яркие синие глаза. Она гораздо старше моей мамы, но выглядела моложе своих лет и была очень красивой. Моя мама тоже красавица, но от нее за версту несло дерзостью и заносчивостью.