Осенняя любовь. Уютные истории

Вита – тонкий психолог… Как я попалась на ее удочку?

– Викуль, ты меня пугаешь, – призналась я.

– Сама себя пугаю! – отозвалась та. – Но я тебя предупредила.

Я отыскала глазами новенькую. Вита весело болтала с Леной Потаповой и поливала цветы. Луч зимнего яркого солнца играл в ее огненно-рыжих волосах. А улыбка была доброжелательной и искренней.

Викуля опять нагнетает. И разве может быть плохим человек, любящий картины Клода Моне?

«А. А. Ахматова. Жизнь и творчество. Любовная лирика» – было выведено красивым ровным почерком на доске.

– Кто готов к выразительному чтению? – спросил Классный Вадим.

– Чур, не я! – отозвался Елесин.

В классе раздались смешки.

– С тебя, голубчик, и начнем, – вздохнул преподаватель. – Тем более, в декабре столько пропусков… Где гуляем-то, Клим?

– Влюбился, Вадим Антонович! – довольным голосом отозвался Елесин.

Я посмотрела на раскрасневшуюся Викулю. Пару раз они с Климом действительно прогуливали литературу, решив вместо урока отправиться в кино на утренний сеанс.

– Тогда тебе сам бог велел читать любовную лирику, – усмехнулся Классный Вадим. – Давай, Клим, начинай.

Елесин замолчал, а потом, вчитавшись, разочарованно произнес:

– А ведь тут от бабского лица повествование.

– Бабское лицо! – заржал кто-то сзади.

– Киньте в него ластиком, пожалуйста! – посоветовал девичий голос со второго ряда.

– Могу швырнуть хрестоматией! – сразу нашелся кто-то услужливый.

– Клим! – поморщился Вадим Антонович. – Во-первых, повествование от лица лирической героини… А во-вторых… Можно! Узнать! Почему! Ты! Так! Читаешь!

– Ну с выражением же… – оскорбился Клим.

– Мы! Все! Те-е-бя-я! Прекрасно! Услы-ы-ша-а-ли! – отозвалась Лена Потапова.

Класс снова грохнул от смеха.

– Если! Вам! Так не нравится! – продолжил Клим. – То… Можно! Мне! Выйти! В туа…

– Ступай, Елесин, ступай! – поторопил одноклассника Вадим Антонович. – Опять ты мне урок срываешь.

Когда Клим под общее гудение покинул кабинет, учитель постучал ручкой по столу.

– Ладно, милые мои, успокоились. А ты, Кайзер, ты не принимаешь участие во всеобщем веселье…

– Что? – донесся с задней парты голос Роберта.

Я обернулась. Парень вытащил из уха наушник и смотрел на Классного Вадима.

– Перед тобой – раскрытый учебник. Дочитай за Елесина. Любовная лирика… Ты, Роберт, влюблен?

– Какая вам разница, Вадим Антонович? – не очень вежливо отозвался Роб.

– Прости, – смутился преподаватель. – Это я после откровений Клима Елесина.