Осенняя женщина – осенняя кошка

– И кошка осенняя, – проговорила она вслух. – Кошка, ты чья?

– Совсем-совсем ничья?

– И я тоже. Представляешь?

Тут Арина сообразила, что, может, она и одинокая, но в тёплой куртке и на крыльце собственного дома. Кстати, её личного – пять лет назад дядя завещал ей дачный дом с участком и квартиру.

– Ээээ, тебе там мокро и явно холодно. Может, ты ко мне зайдёшь? Ну, погреться, поесть? Ну, у меня еды куча – я ехала и столько всего купила на нервной почве…

Она осторожно шагнула на нижнюю ступеньку, элегантно отряхнула лапы и перебралась поближе к Арине.

– Пойдём? – Арине вдруг страшно захотелось с кем-то поговорить!

Нет, разговаривала-то она последние дни много, просто устала от того, что её не слушают, упорно вещая что-то своё.

– Кошка может и не выслушает, но хотя бы не будет мне рассказывать, что «этожмужчина» и «онивсетакие», – решила Арина, распахивая перед гостьей дверь дома.

Кошка скользнула внутрь, Арина зашла следом и закрыла дверь, не зная, что на крыльце остались два их одиночества – её и кошкино.

Глава 2. Одно на двоих тепло

Кошке всего-то нужно немножко

Света немножко, немножко тепла.

Кошка по мокрой осенней дорожке

В дом незнакомый тихонько пришла.

Сколько их было домов по дороге?

Сколько закрывшихся было дверей?

Кошка, останься, не бойся, ты дома!

Здесь ты нужна, заходи поскорей!

Арина никогда не писала стихов – как-то не получалось. А вот сейчас словно из ниоткуда напелась несложная мелодия и на неё нанизались слова.

– Надо же! Оказывается, мне для того, чтобы стихи сочинить, надо всего лишь узнать об измене мужа, о том, что моя семья напрочь не желает даже минимально меня понять… Услышать от мужа о том, что в его измене, оказывается, я и виновата, вышибить его с помощью мясорубки и подобрать кошку. Это я хорошо на дачу съездила! – одобрила себя Арина.

Она кормила голодную кошку курицей, которую вчера абсолютно случайно сварила – почему-то переклинило, что надо обед приготовить, что сейчас все придут, а обеда-то и нет… Только сварив курицу, Арина опомнилась!

– Кто? Кто придёт? Сыночек под два метра высотой, который в университете на парах сидит и скорбит о том, что зарядник не нашёл, а мать трусы не постирала? Родители? Так они на меня обижены, что я их слушать не хочу, муженёк? Вообще не смешно!

Вот и вышло, что приготовление обеда притормозилось на готовом бульоне и тоскливо возлежащей в нём курице.