Осенний детектив

 – Он один лететь не может. Ты же знаешь, какой он внима…

– Я-то знаю, – перебила Ника зловещим тоном. – Я все знаю! Я только одного не знаю: почему ты во все это ввязываешься?! Да еще так легко! Вот послал бог сестру – ума нет, только красота!..

– Красоты тоже никакой, – тихо сказала Лёка, но Ника пропустила это мимо ушей.

– Ты ж в него влюблена! Да или нет?

– Ты же хочешь, чтоб он на тебе женился, да или нет?

– Ты хочешь быть главной женщиной его жизни, нет или да?

– А тогда зачем ты собираешься искать его бывшую супругу?! Сколько лет назад они развелись?!

– Года три, по-моему, – пробормотала Лёка тоном уличенного в воровстве, – а может, и больше!

– Ну вот! Может, и больше! И он все три года с ней валандается, ухаживает, помогает! А ты с ним валандаешься, ухаживаешь, помогаешь! Тебе не надоело?

Лёка хотела сказать, что – нет, не надоело и не надоест никогда, потому что у них с Артемом любовь, «правильная», «взрослая», «главная» или нет, нет, «генеральная».

Впрочем, она иногда путалась в собственных терминах!

– Ты ему кофеек варишь, телятину с грибами запекаешь, форель подаешь, а он тебя тащит в Питер искать свою бывшую жену?! Ну, знаешь, так даже в детективах не бывает, которые я сама и сочиняю!

– Да не он меня тащит, – взмолилась Лёка.

– Да тебе-то что за дело до ее связей, друзей и подруг?!

– Мне есть дело до Артема!

– А он что, такой идиот, не понимает, что тебе, может, неприятно его супругу искать? Или неинтересно? И это совсем не твое дело? Ему такое в голову не приходит? Или у него в голове тоже эта самая… косая сажень?

– Ника, мне некогда.

– Не когда сможешь, а позвони мне из Питера, – буркнула сестрица. – Как долетишь. Договорились?

Лёка сказала, что договорились, и повесила трубку.

Пока они препирались, ржаные гренки у нее подгорели. Она выбросила их в мусорное ведро и быстренько принялась жарить другие.

Не права Ника, совершенно не права!.. Конечно, он ищет помощи и поддержки у нее, Лёки, потому что она для него главный – генеральный! – человек в жизни, его единственная точка опоры!

Он столько лет жил без всякой опоры, бедный, несчастный мальчик, вынужденный ухаживать и за женой, и за дочерью, и за мамашей одновременно!

Как это еще он карьеру такую сделал, умница моя!

Осталось только прослезиться.