Ош. Жатва. Том 1

Не успел я толком пристроить жопу на стуле, как рядом чудесным образом беззвучно материализовался блюдоносец, ловко расставил своё добро по столу и так же беззвучно исчез.

— Меня зовут Тьерри, — вынул человек в тёмном углу пробку из графина и, разлив выпивку в пару хрустальных стопок, поднял одну из них. — Будем знакомы, Кол.

Ого, а слух у него — моё уважение.

— Будем, — поднял я свою и опрокинул в глотку. — М... Недурно. Так чем же моя скромная персона смогла заинтересовать человека, наводящего благоговейный трепет на здешних господ отнюдь неробкого десятка?

Мясистые губы растянулись, позволяя свету лампады отразиться от зубов металлическим блеском:

— А ты за словом в карман не лезешь.

— О, этим я могу заниматься часами. Но вначале хотелось бы узнать, кто ты такой.

— И дерзости не занимать, — усмехнулся Тьерри. — Что ж, меня можно назвать тем, кто поддерживает зыбкий порядок в здешней среде достойных в целом людей, имеющих чуть своеобразный взгляд на закон и справедливость.

— Ого. Какая интересная работа. Боюсь, что с долгими часами собственной биографии я дал маху. Тебя вряд ли заинтересует история бродячего торговца.

— Должно быть, твои клиенты чертовски опасны, раз приучили вести дела подобным образом. Я знаю Дирка Рыжего не счесть сколько лет. Его нож забрал души многих серьёзных бойцов. А ты Дирком пол вытер, будто шпаной сопливой. Не скажу, что мне такое по нраву, но есть обстоятельства, из-за которых наш с тобой разговор проходит так, а не иначе.

— Похоже на плохо завуалированную угрозу.

— Вовсе нет. Мои угрозы выглядят совсем иначе. А сейчас мы просто разговариваем, как два человека, которые могут быть полезны друг другу.

— И чем же я — скромный торговец — могу быть полезен заправиле криминального мира?

— Нужно убить кое-кого.

Ого! Да у этого парня, похоже, дел невпроворот, раз так режет правду-матку, не размениваясь на витиеватые подводки.

— А ты времени даром не теряешь. Цена вопроса?

— Даже так? Надо отмыть души.

Носатая рожа обмякла и расплылась в таком плотоядном оскале, какого я даже у Красавчика не видал:

— Для начала повторим, — наполнил он стопки и поднял свою: — За деловой подход.

— Значит так, — припечатал Тьерри тару к столешнице, — порешить надо одного зарвавшегося вельможу. Грёбаный недоумок возомнил, что титул и золото сделали его неприкасаемым, да настолько, что взялся портить жизнь уважаемым людям... другого сословия.