Ошибка «2012». Мизер вчерную

А что? Законы не писаны, всё шито-крыто, везде зелёный свет. Знай втирай очки мировому сообществу, дескать, ход истории объективен и никакой Игры нет. Зато имеют место быть пришельцы, естественный отбор и летающие тарелки. И человечество свято верит в инопланетян, законы эволюции и линейный ход бытия. Не желая понимать, что жизнь — игра и скоро игре той конец. А впрочем…»

Мамба вытащила сигару, макнула в ром и стала раскуривать. «А впрочем, в неведении пребывать легче всего. Как говорил этот англичанин… трое в лодке… чего не видит глаз, того не чувствует желудок.

Тем паче от чёртовой Игры уже кишки выворачивает…»

Она от души затянулась, выпустила сизую тучу и снова принялась ругаться на смеси языков, да так, что дым, заполнивший кабинет, стал отчётливо закручиваться смерчем.

Как же утомил её этот бестелесный голос, нарёкший её когда-то Чёрной Мамбой и с тех пор почти безостановочно звучавший в мозгу! Вначале она слушала его, точно самого Эбиосо. Потом поняла, что он держал её, опытную жрицу, за дешёвую куклу, за послушную марионетку.

Послать бы его куда подальше, как сделали Бывшие, да только не время пока. Она, Мамба, будет умнее! Голос обещает переход на новый уровень, так зачем же рубить сук, на котором сидишь? Тем более что сидишь высоко — можно костей не собрать. Нет-нет, торопиться не надо. Добыть свистульку с Нагубником, не спеша свалить, ну а уж потом, держа под руку Мбилонгмо, можно и посмотреть со стороны, как загибается этот мир. Так, как они смотрели когда-то на смерть Гастона Леру. К акулам, в геенну огненную, куда там ещё…

Эта мысль отчасти согрела душу. Мамба положила сигару и вернулась к реалиям жизни. Итак, деньги есть, документы в порядке, самолёты через Атлантику каждый день… На пути в пресловутую Сибирию с её знаменитыми сливками угадывался лишь один барьер — языковой. Что ж, Мамбе было не привыкать.

Её услышали. Воздух в кабинете ощутимо дрогнул, откуда-то потянуло сквозняком — и с полки стеллажа вопреки всем законам вероятия спланировал массивный том. Именно спланировал, этаким тяжеловесным цветасто-рекламным мотыльком, крылья которого сплошь пестрели узорами объявлений.

— О, благодарю, Владыка перекрёстков! — обрадовалась Мамба. Послала в пространство воздушный поцелуй и, присев на корточки над раскрытым справочником, без тени удивления прочитала: «Дипломированный лингвист Хаим Соломон. В натуре стопудово разговорный русский. Вас поймут даже через губу в любой хате. Звоните-таки, если только не Шаббат».

Тамара Павловна.