Ошибка Девочки-с-пальчик

– Вот я, когда мне надо в поликлинику, за день до похода туда всегда начинаю плакать, говорить, как мне будет больно. А на самом деле ничего страшного и нет. Кровь, конечно, неприятно сдавать, но комар хуже кусается. Но я ною, рыдаю, и мне на обратном пути что-то за посещение врача покупают. Сейчас мечтаю о кукле, которую можно научить говорить. Но пока здорова, ничем не болею. А вам чего охота?

– Кисонька, – быстро заговорила я, – тебе не кажется странным, что Македонский в комнате отсутствует?! Все собаки и бенгалы здесь, а самого большого кота нет.

Вдруг его случайно опять в кладовке заперли? Проверь, пожалуйста!

Девочка вскочила и убежала.

Несколько секунд в столовой царила тишина, потом Агнесса повернулась ко мне.

– Фросенька, то есть Евстафия, понимаю всю шаткость моего положения в твоем роскошном особняке. Очень жаль, что произвела впечатление корыстной особы! Но! Состояние моего здоровья ужасно. Надежды на то, что врачи поставят правильный диагноз, почти нет, но я стоически терплю свой недуг.

Сегодня впервые расслабилась, позволила себе откровенность, призналась, что боюсь уколов. Но не питала надежду получить даже самый скромный, простенький, копеечный подарочек за свои нестерпимые моральные и физические муки. У нас в городе есть лишь полуграмотный фельдшер, бабе, наверное, двести лет. От всех недомоганий она прописывает касторку. Обещаю тебе, Фрося, то есть Екумения: как только узнаю правильный диагноз, в ту же минуту уеду и…

Голос Агнессы задрожал, женщина положила себе еще один кусок торта, вскочила и резко убежала, не забыв прихватить посуду со сладким.

Я осталась в столовой одна.

Кто такая Агнесса, как она оказалась у нас? Десять дней назад нам в дверь позвонила женщина, а когда я открыла, она огорошила меня заявлением:

– Дорогая моя, я твоя родная тетя Агнесса!

В моей памяти засуетились обрывки детских воспоминаний. Вот мама привела меня из музыкальной школы домой. Не успели мы открыть дверь, как в холл вышел папа. Вот уж удивление – отец в это время всегда был на работе! Далее день пошел по непривычному плану.

Меня отправили в детскую и туда же принесли ужин. Дверь в столовую была плотно закрыта. То, что в доме находится какой-то посторонний мужчина, я поняла сразу: на вешалке висело чужое пальто. Меня охватило горячее любопытство, и я отправилась в туалет.

Наша семья жила в доме постройки середины пятидесятых годов двадцатого века, а в таких домах санузел всегда примыкает к кухне.