Ошибка леди Эвелин

Мало ли – может, конюхи выйдут покурить, или лакеи надумают воздухом подышать? Но, слава Единому, все обошлось, и мы, никого не встретив, добрели до конюшни.

Высокие двери закрылись за нами, я щелкнула пальцами и затеплила маленький огонек. Он застыл в воздухе робкой светящейся точкой.

– Вот, тут вам будет удобно, – устроив незнакомца в одном из пустующих стойл, распрямилась и посмотрела по сторонам. В соседней, отделенной колоннами и дощатой стеной половине, стояли в загонах породистые дартские жеребцы.

Они похрупывали сеном и изредка смешно пофыркивали, в дальнем углу старинной каменной конюшни еле слышно пищали мыши. А здесь, в карантинной половине, в которой обычно держали приболевших лошадей, было пустынно и тихо.

– Я сейчас принесу вам немного еды, а вода есть в бочке, она чистая. Если хотите…

Я зачерпнула ковшом и поднесла незнакомцу.

– Благодарю, милая девушка, – отдышавшись и отпив несколько глотков, поднял на меня глаза мужчина. – Если бы не ваша доброта…

Он не договорил, нахмурившись и настороженно подняв руку, словно призывая меня к молчанию.

Я прислушалась. За стенами раздавался лай собак и грубые мужские голоса.

– Орсон, за кустами посмотри! – прозвучало совсем близко. – Он не мог уйти, тут тупик.

Так и было. Дом леди Шарлотты выходил на улицу Оллен-брау, которая заканчивалась высокой глухой стеной.

– Это они! – вцепившись в мою руку, прошептал побледневший незнакомец. – Не выдавайте меня, умоляю!

– Кто – они?

– Магический патруль!

На высоком лбу выступил крупный пот.

Меня и саму едва в пот не бросило.

Патруль магов? Вот уж упаси Единый попасть к ним в лапы! Про Черную стражу в Кроненгауде ходили самые страшные слухи. И про бесчеловечные пытки, которые они применяли, и про Чтецов, выворачивающих сознание несчастных узников наизнанку, и про ужасы тюрьмы Саухвайне.

Я смотрела на мужчину, внимательно разглядывая его лицо. Как же он попал в лапы магстражи? Правильные черты, умные голубые глаза, ровные густые брови, светлая щетина на щеках.

Как сказала бы леди Вонк, породу и под попоной не скроешь.

Что же он натворил? Впрочем, что бы он ни сделал, но выдать его черным мундирам – все равно, что обречь на верную смерть.

– Не бойтесь, – сказала как можно тверже и посмотрела на беглеца. – Здесь вас никто искать не будет.

– Вы уверены?

– Абсолютно.

Да и как могло быть иначе? Разве рискнет кто-то обыскивать дом герцогини Авенау?

Я прислушалась к приближающемуся лаю.