Ошибка молодости

Как раз то, что было сейчас нам по карману: впереди ждали крупные дела: ремонт московской квартиры и покупка новой машины. В кредит, разумеется. Нас вполне все устраивало: есть море, теплый песок, удобный шезлонг.

На шестой день мне стало скучновато, и я принялась осматривать окрестности. Горы вдалеке в лиловой дымке прекрасны. Море бесконечно – на то оно и море. И бесконечен пляж, вернее, пляжная полоса вдоль бесконечного моря. Можно прогуляться, но пейзаж все время один и тот же, и это быстро утомляет: отели, отели, тела, тела – лежащие, стоящие и сидящие.

Нет, лучше на своем шезлонге, у своего отеля."

"Внимание мое привлекла шумная компания из трех подружек. Наверняка – подружек. Три тетки лет так от сорока пяти. Две крашеные блондинки, одна жгучая брюнетка. Купальники яркие, серьги и кольца золотые. Зубы местами тоже. Губы ярко накрашены, на глазах темные очки. Подруги что-то деловито обсуждают, ходят в бар за пивом, достают из пакетов черешню, грызут семечки.

Одна из блондинок, видимо, очень остроумна – что-то скажет, и остальные заливаются. Покатываются просто. А шутница сидит с непроницаемым лицом – элемент игры и артистизма, видимо. Подолгу сидят в море – взмахивают руками, плещутся, брызгают друг в друга водой, смеются, поругиваются и опять болтают. Болтовня не прекращается ни на минуту. Снова в центре внимания та самая остроумица. И опять громкий всплеск хохота и непроницаемое лицо автора хохмочек. Ровно в час дня – начало обеда, они шустро поднимаются и торопятся в столовую. После обеда возвращаются на пляж и укладываются спать, брюнетка читает какой-то зарубежный детектив. Наступает час тишины и молчания. А потом они дружно щебечут, хохочут, отчаянно спорят и снова заливаются смехом.

Я смотрела на них почти с завистью: беззаботны, легки, веселы. Знаете, как бывает на курортах? Толпы праздно шатающихся по вечерам на набережной людей – гуляют, заходят в магазинчики, отчаянно роются на прилавках и стеллажах, сидят в кафе и ресторанчиках, равнодушно оглядывают проходящую публику.

На лицах покой и безмятежность, словно нет там, в родных краях, работы, болеющих стариков, неустроенных детей, вечной беготни, хлопот, забот, болезней, больших и малых неприятностей, нехватки денег, выцветших обоев и подтекающих кранов в ванной. Нет неподъемных цен на дантистов, старых шуб с потрепанными обшлагами и вышедших из моды ботинок.