– А зачем…
Но я уже бегу к сцене. Девчонок пока нет, но мне нужно действовать быстро.
– Двигайте сюда, черт бы вас побрал, – бросаю я парням через плечо.
За спиной раздаются их шаги, и когда они залезают на сцену, я уже снял рубашку и тянусь к пряжке ремня. Но тут останавливаюсь, достаю из заднего кармана свой телефон и бросаю мобильник Гаррету, который ловит его, даже глазом не моргнув.
– Что происходит? – недоумевает Джастин.
Я скидываю джинсы и усаживаюсь в мягкое кресло в одних лишь черных боксерах.
– Быстрее.
Фотографируй.
Джастин как заведенный качает головой. Снова и снова, моргая как сова, словно не верит своим глазам.
Гаррет наоборот, действует, не задавая лишних вопросов. Черт, да ведь вчера они с Ханной два часа просидели со мной, помогая складывать из бумаги сердечки. Но его грубы предательски подрагивают, когда он наводит фокус в камере телефона.
– Погоди. – Я задумываюсь. – Как думаешь, два пальца пистолетами или два пальца вверх?
– Что происходит?
Но мы совершенно не обращаем внимания на озадаченный возглас Джастина.
– Пальцы вверх, – отвечает Гаррет.
Я улыбаюсь в камеру плотоядной улыбкой и поднимаю вверх два больших пальца.
Смешок моего лучшего друга эхом отскакивает от стен аудитории:
– Нет. Сделай пистолеты. Определенно пистолеты.
Он делает два снимка – один со вспышкой, второй без, – и вуаля, дело в шляпе. Совершен еще один романтический подвиг."
"Пока я спешно одеваюсь, Джастин с таким рвением потирает свои виски, словно у него взорвался мозг. Он разинув рот смотрит, как я натягиваю джинсы.
И его рот открывается еще больше, когда я подхожу к Гаррету, чтобы посмотреть на фотографии, и одобрительно киваю:
– Черт, мне нужно было податься в модели.
– Действительно классные фотки, – серьезно соглашается Гаррет. – И чувак, у тебя огромное хозяйство!
Блин, это точно.
Джастин проводит руками по своим темным волосам.
– Клянусь всем святым, если кто-нибудь из вас не объяснит мне, что тут, черт побери, происходит, я сойду с ума.
Я усмехаюсь:
– Моя девушка захотела, чтобы я прислал ей свою фотку, где я в нижнем белье сижу на обитой красным бархатом кушетке.
Ты понятия не имеешь, как трудно найти это проклятое кресло.
– Ты говоришь так, словно это все объясняет. Но я по-прежнему ничего не понимаю. – Джастин вздыхает так тяжело, словно слова грузом ложатся на его плечи. – Вы, хоккеисты, больные на всю голову.
– Не-е, просто не такие неженки, как вы, футболисты, – сладким голосом отвечает ему Гаррет.
