Ошибка президента

Григорий Иванович просматривал личные дела медленно и вдумчиво, отчасти чтобы как следует всех запомнить, поскольку оставлять записи в такой ситуации он считал неправильным. Но было у него и смутное подозрение, что за ним могут наблюдать, так что он не должен делать ничего, что могло бы показаться странным. Он должен помнить, что он сейчас Президент России, который хочет подобрать кого-то из своих ближайших сотрудников для некоего важного дела.

В третьей по счету папке нашелся и коротышка-референт, с которым он сегодня ужинал.

С фотографии 5 х 6 на него смотрел серьезный человек в костюме, белой рубашке и галстуке. «Панов Павел Сергеевич, – прочел дядюшка. – Значит, если завтра появится, надо обратиться к нему по имени-отчеству, – решил он, и тут же ему в голову пришла другая, более разумная мысль: – А не покажется ли ему странным, что накануне за ужином я ему все «ты» да «ты», будто как и звать-то забыл, а как личное дело посмотрел, так сразу вспомнил. Нет, пожалуй, надо и завтра сначала всех называть без имен, а потом ввертывать так, как бы между делом». Панову оказалось тридцать четыре года, москвич, закончил Институт международных отношений, референт по странам ближнего зарубежья. «То бишь по бывшим нашим республикам», – сообразил Грязнов-старший.

Далее шли папки с референтами по странам Европы и Америки, по вооружению, по экономике, сельскому хозяйству, секретари, помощники. Всего набиралось полтора десятка человек. Григорий Иванович старался запомнить на первый раз хотя бы имя-отчество-фамилию и должность, ну и, разумеется, уметь соотнести это с лицом на фотографии.

Кстати, все, как референты, так и помощники с секретарями, имели какой-то мрачный, суровый вид. Никого из спецохраны в этих делах не было. Но это было и понятно, Григорий Иванович не упоминал об охране.

Наконец, он почувствовал, что глаза окончательно стали слипаться, а внимание притупилось. «Ладно, – решил Григорий Иванович, – больше я все равно не смогу усвоить. Но то, что выучил, уже лучше, чем ничего».

Он аккуратно сложил папки на углу стола и отправился в «номер» – президентскую комнату отдыха. На разложенной постели лежала глаженая пижама. «Когда же успели положить? – удивился «Президент», но затем понял, что это могли сделать во время ужина. – Какие тут все расторопные», – удовлетворенно кивнул он головой. Его радовало, что пижама постирана и поглажена – не хотелось надевать на себя ношеное белье, пусть даже Президента России.