Ошибка президента

– Я ей завидовала всю жизнь. А зависть – это же и преклонение, и любовь, и ненависть. Если бы я ею не восхищалась, разве стала бы завидовать? Вот и получается – все чувства вместе, в одном клубке. И она меня притягивала всегда – все у нее получалось ярко, необычно. Вот и все.

«Вот и все, – думал Турецкий, когда, попрощавшись с Аллой Зуевой, спускался вниз по эскалатору. – Кончилась сказка. А может быть, это и к лучшему»

Меркулов, пожалуй, и не придал бы сообщению Гали Крутиковой такого большого значения, если бы не один разговор, который произошел этим летом.

В ресторане «Дубровник» отмечалось шестидесятилетие Георгия Романовича Соболева, полковника КГБ в отставке, а когда-то приятеля Кости Меркулова по аспирантуре.

Они в то время были очень дружны, но затем их пути разошлись, и, только выйдя на пенсию, Гера Соболев снова начал собирать старых друзей – по всему видать, на службе он почти не обзавелся новыми.

Говорились тосты, угощение было неплохое, и к концу юбилея кое-кто даже набрался. Меркулов пил мало – здоровье не позволяет, да и с возрастом его как-то перестали воодушевлять обильные возлияния.

Пока другие пели, танцевали и вообще радовались жизни, он подсел к юбиляру.

Стали вспоминать старые времена, затем переключились на современные, поругали правительство, посетовали на разгул преступности, на низкую раскрываемость преступлений.

– Но ведь, Гера, и раньше такое бывало, вспомни,– сказал Меркулов.

– Бывало, Костя, что греха таить, – кивнул юбиляр. – Я до сих пор один случай забыть не могу, хотя было это… сейчас какой год у нас, девяносто четвертый? Ну значит… Двадцать семь лет назад.

Соболев с Меркуловым сидели в конце стола, в стороне от веселившихся гостей – такие беседы располагают к откровенности, тем более что ж не поделиться с товарищем, дело-то ведь старое, это когда было…

– У нас и в КГБ такие случаи бывали, что остается только руками развести. Вот вроде того, о чем я хочу рассказать. Пропал наш агент, восточный немец из Штази. Он выполнил задание, приехал в Москву, чтобы доложить, и пропал.

А ведь его наши люди «вели» до самого здания на Лубянке. Точно известно, что он туда вошел, но у нужных людей так и не появился и наружу не вышел. И никто до сих пор не знает, что с ним стало. Каково! Нераскрытое преступление в стенах КГБ!

Меркулов покачал головой:

– Да брось ты, старик, наверняка кому надо знали.

– Нет! – крикнул Соболев, так что некоторые из танцующих с удивлением на него оглянулись. – В том-то и дело.