Ошибка президента

Петя продолжал еще что-то говорить, по-прежнему удивляясь, что такое мелкое дело, как драка между двумя неработающими алкоголиками, которая пусть даже окончилась тем, что одного увезли в больницу, могло вызвать интерес у капитана Сивыча, занимавшегося в МУРе преступлениями, связанными с приватизацией квартир и вообще квартирным вопросом.

Когда накануне поздно ночью в районное отделение милиции позвонила Софья Андреевна из девятнадцатой квартиры, лейтенант Бояркин, который как раз в тот день дежурил, решил было, что неработающие Шевченко и Станиславский опять напились и шумят в коридоре, и хотел отделаться общими словами, намекая на то, что сделать с ними все равно ничего нельзя, но Софья Андреевна твердо сказала:

– Надо приехать, Петя.

– «Скорую» вызывали? – машинально спросил Бояркин.

– Кто ж ее вызовет? Мы, соседи, не в курсе того, что у них там.

– Так заснули, наверно, – продолжал Бояркин, стараясь отделаться от неизбежного похода среди ночи. – Не волнуйтесь, гражданка Корнилова. Давайте подождем до утра.

– Как бы до утра один из них не заснул навеки, – холодно ответила гражданка Корнилова. – Поймите, мне они дороги лишь постольку, поскольку являются одушевленными существами, не более того. Ну, решайте сами, товарищ Бояркин, будем ли мы сейчас вызывать карету «скорой помощи» или утром звонить в морг.

Она произнесла «товарищ Бояркин» таким тоном, что Пете ничего не оставалось, как, тяжело вздохнув и проклиная все на свете, отправиться уже по очень хорошо знакомому адресу.

Софья Андреевна Корнилова оказалась права– Шевченко и Станиславский, крепко выпив еще днем, вечером, начали свои обычные ссоры, но на этот раз дело не ограничилось обычной руганью и кулаками. Станиславский схватил со стола длинный острый нож и несколько раз ткнул им своего противника.

После этого, испугавшись содеянного, он притих, попытался перевязать раненого товарища, зачем и вышел на кухню. В поисках чего-нибудь перевязочного он изорвал посудное полотенце одной из соседок – Гали Кутиковой. Тогда-то и появились на полу кровавые подтеки, которые заметила гражданка Корнилова.

Войдя в комнату, где проживали неработающие, лейтенант Бояркин увидел истекающего кровью Шевченко и сидящего в углу Станиславского.