Ошибка президента

Письмо было адресовано Грязнову Вячеславу Ивановичу.

Слава только вздохнул.

«Конечно, волнуется тетя Зина, а что я ей отвечу», – думал он, поднимаясь по лестнице.

Несколько дней назад он с оказией передал во Владивосток письмо для тетки. Написал, что дяди в Москве сейчас нет, потому что он ездит по военным округам и налаживает там художественную самодеятельность. Выдумка была не очень удачной, но ничего другого ему в голову не пришло. Он с ужасом думал, что скажет тете Зине, если с дядюшкой что-то случится. Что случайно погиб по время репетиции? Чушь какая-то!

Придя домой, он распечатал конверт и вынул оттуда две газетные вырезки и аккуратно сложенные тетрадные листочки в клетку, исписанные круглым, явно женским почерком:

«Здравствуй, дорогой племянничек Славочка!

Письмо твое получила, спасибо.

У нас все по-прежнему, погода только опять испортилась, третий день с утра туман такой, что с крыльца Белкину конуру не видать. Читаю, как ты про Гришеньку пишешь, а слезы так и катятся, очень я за него переживаю. Это хорошо, что ты написал, а то я и адрес куда-то твой задевала, теперь буду писать часто. Села было сразу отвечать, а только почта у нас не скоро заработает: аэродром совсем размок, и суда не швартуются.

А вчерась зашла к нам соседка Нюра, я ей письмо твое прочла, она и посоветовала, что ихний Володька письмо во Владик отвезет,– когда поедет. Вот теперь и пишу. Володька у Сережки-корейца шофером работает, во Владик ездит.

Еще вчера я в клуб ходила, тоже там письмо читала. Все слушали, а Борис Захарыч обижался: чего, мол, он черт-те где у вас там самодеятельность поднимает, а в Ольге сезон иикак не откроют.

Это он для виду, сам небось доволен, что наш Гриша всех там подучит, слава-то про Ольгу пойдет.

Я, конечно, тоже радуюсь, да только что-то сердце у меня не на месте. Все кажется, не случилось ли там с Гришей чего. Очень я за него волнуюсь. А то в газетах пишут про разные нападения, про бандитов. Ты уж старайся, береги дядю»..

Тут Грязнов-племянник оторвался от письма, с минуту вдумчиво глядел через окно на серые московские сумерки, тяжело вздохнул, потянулся было к телефону, покачал головой и опять принялся читать.

«Скажи ему, чтоб побыстрее возвращался, передай, что все мы его тут ждем не дождемся. В гостях, как говорится, хорошо, а дома лучше. Это хорошо ты сделал, что написал, только пускай и он чего-нибудь мне черкнет. Ты хоть и пишешь, что у него все в порядке, а хочется от него самого получить весточку. Скучаю я по нём очень.