Ошибка президента

Кто, спрашивается, мог совершить кражу прямо в здании на Петровке, 38?

И что делать? Устанавливать внутреннюю слежку, провокации, проверки? Романова знала, что так принято делать во всех странах мира, в том числе и в тех, которые славятся

с моей демократией. И тем не менее силовые структуры должны оставаться силовыми. В США, например, нередки случаи, когда полицейских лишают права работать в полиции, – в частности, за должностные нарушения.

Романова села за стол и закурила. Она думала все о том же – что творится в подчиненном ей учреждении.

«Я трачу больше времени на поиски нечестных милиционеров, чем на розыск преступников, – в раздражении подумала Шура. – И вот к чему мы пришли – Президент страны находится неизвестно где, скорее всего его похитили преступники, уголовный розыск ничего не может поделать, а страна живет – как будто ничего не случилось. Это же немыслимо! Такого в истории не бывало!»

Вошла секретарша и доложила:

– Александра Ивановна, к вам Турецкий.

– Проси, – кивнула Романова и вздохнула с облегчением: «Может, Сашок чего придумает.

Он у нас голова».

Когда Турецкий вошел в кабинет, она сказала:

– Сашок, это что же получается? У меня под носом делают все что хотят! Бурмеева твоя сбежала, Саруханов в больнице умер. Пейджер этот пропал. Доколе, Саша! Кстати, нашли эту машину-то твоему протеже из Останкина, слыхал?

– Вот видишь, Шура, – тоже дело. А тебя послушать, так…

– А ты послушай, послушай… Раньше мы как говорили – мы на страже порядка и законности.

А сейчас? Ты погляди, что делается. Мы, эти самые стражи, получаем по триста тысяч, то есть тютелька в тютельку прожиточный минимум, это на одного человека, заметь. А преступники, как их только теперь ни называют – авторитеты, депутаты, делегаты, себе в Вене особняки покупают, на иномарках разъезжают. А в тюрьмах что делают – живут, как короли, как нам и не снилось. Им там и девочки, и марафет, и все, чего они захотят. Да они и не сидят ничего, мы, уголовный розыск, их ловим, ночей не спим, не едим нормально, а их потом, глядишь, под залог выпустили! Да что говорить! Ты поди на Ваганьковское кладбище, там, где Высоцкий лежит, теперь бандитов хоронят. Уж с десяток, наверно, там лежат.

И хоронят-то как – с почестями, с помпой! Мы помрем или от их же пули ляжем, нас так не будут хоронить – сунут в болото где-нибудь на Домодедовском, и прощевай.

– Да ну, Александра Иванна, хватит себе душу травить.