Ошибка президента

Вот и теперь он ощущал чуть ли не мальчишеский азарт, торопливо идя коридорами комплекса, по которым его куда-то тащило молчаливое ниндзеватое привидение. По счастью, в коридорах было безлюдно. Этой ночью ничего особенного не ждали, и комплекс, за исключением дежурной охраны, попросту спал. Оставалось миновать длинный коридор, выбраться через загодя приготовленное окошко, потом пересечь двор в узкой полоске зыбкой метельной темноты, там, где киллер опять же загодя помухлевал с наружным светильником. А дальше – сущие пустяки: обдурить часового, перепрыгнуть забор и удрать в лес.

Большой эйфории по этому поводу Алексей не испытывал. В свое время он проскакивал «полосы» и покруче, но – один. Ну там, на худой конец, с маленькой девочкой на руках. Теперь даже этот коридор не пролетишь в двадцать бесшумных шагов. И не зависнешь, расклинившись, над дверью, в которую кто-то собирается войти с той стороны.

Президент огромной державы, в одних носках, тяжело трусил впереди. Он чувствовал себя немолодым, неповоротливым и уязвимым со всех сторон, но почему-то совсем не испытывал страха.

Великое сидение кончилось, наступала развязка. Все лучше, чем бессилие и неизвестность.

Киллер почувствовал присутствие врагов за мгновение до того, как они появились в дальнем конце коридора, там, откуда пришли они сами. Именно почувствовал, потому что трое в камуфляже помалкивали и двигались тихо, несмотря на скрипучий линолеум. Умельцы, хрен бы их побрал. Киллер успел впихнуть своего подопечного в помещение, оказавшееся тренажерным залом, и юркнуть следом за ним.

А вот дверь закрыть уже не успел.

И это было замечено. Везение кончилось.

План комплекса киллер помнил наизусть, так что ориентировался как у себя дома. К тренажерному залу примыкала просторная душевая. Мимо. Туалет на восемь посадочных мест. Мимо. И еще закоулок, откуда запускали музыку для девочек, развлекавшихся шейпингом. Строился «Лечебно-оздоровительный», естественно, для своих, но дорогую хорошую аппаратуру берегут как зеницу ока при всех обстоятельствах… То, что доктор прописал.

В зале было намного темнее, чем в коридоре. С этой стороны здания грунт был выше, наружный свет (в данном случае – мрачный оранжевый свет натриевых ламп) вливался в несколько крохотных окошечек под потолком. Киллер помчался в нужный угол, таща на буксире Президента, спотыкавшегося о снаряды. Музыкальный закоулок оказался с железной дверью, впрочем, запертой – есть Бог на небе! – милым сердцу взломщика висячим замком.