Ошибка президента

А вы посчитайте: если купить-продать всего пятьдесят миллионов долларов, а так мало никогда не бывает, и выгадать всего два процента, вы получите каких-то три миллиарда рублей. Но если устроить скачок, то будет уже не два, а десять – двадцать процентов. Это уже не мелочь. Такая дневная выручка сопоставима с годовым бюджетом нашей прокуратуры. Деньги, деньги… При нашей дешевой рабочей силе вы подумайте, Саша, сколько начальства можно на эти деньги купить! И какого начальства! Вот вам и спекулянты.

Турецкий хотел было сказать что-то дежурное вроде: «Да, да, очень интересно», – но что-то в словах Моисеева его задело.

Что-то он такое уже слышал. Он попытался вспомнить, что именно, и не мог. Это было как-то связано с Татьяной Бурмеевой. Но не только. Надо бы все как следует обмозговать.

– В этом что-то есть, – задумчиво сказал Саша вслух и тут же услышал:

– Безусловно, Саша, безусловно. Следите за курсом доллара.

«Нажились на биржевых спекуляциях», – вспоминал Турецкий слова Моисеева. Татьяна говорила совсем не о том.

«Ни в каких этих спекуляциях», – сказала она, когда речь зашла о делах Леонида Бурмеева. Значит, все-таки знает кое-что о его деятельности, хотя на все прямые вопросы отвечает отрицательно – ничего не знала, ни о чем не догадывалась. И все же слово «спекуляция» она произнесла. Хотя это, возможно, всего лишь совпадение, не более..

Сидя за столом в своем рабочем кабинете, Турецкий, обхватив руками голову, пытался дословно воспроизвести в памяти тот разговор.

«Он не был ни в чем замешан – ни в каких этих спекуляциях».

Да, кажется, именно так она и сказала. Правда, в тот момент Турецкий не придал этим словам никакого значения. Он подумал, что Татьяна говорит о торговле, имея в виду, что Леонид не занимается перепродажей товара и потому не может представлять интереса для рэкетиров.

«Но это же чушь, – понял Турецкий после разговора с Моисеевым. – Банкир тоже может быть спекулянтом, да таким, что владельцу коммерческое магазина и не снилось!»

Неужели Моисеев прав – и готовится какая-то крупная финансовая операция? Кто бы мог об этом знать…

«Надо поговорить с Сарухановым, – подумал Турецкий.

– Он-то должен в этом разбираться».

Не откладывая дела в долгий ящик, он набрал номер Романовой:

– Шура, ты можешь устроить мне встречу с этим банкиром, которого задержали в Калуге? Да, подозреваемый по делу Карапетяна. Что? А разве он еще под подозрением? Кто, Шведов так считает? Дурак твой Шведов.

Он в сердцах бросил трубку.