Ошибочное мнение (ЛП)

Мэр, наконец, поднялся на трибуну, чтобы подвести часовое собрание к концу. Как раз, когда он собирался всех распустить, Миссис Поттс, жена Шерифа, встала и прервала его заключительное слово.

— Мэр Джонсон, я уверена, что вы не собираетесь распустить всех порядочных горожан, не предупредив их о новой угрозе, которая пришла в Хендерсон.

Мэр повернулся к ней, его лысина блестела от пота, когда он потянул за свой, уже и без того свободный галстук.

— Я не осведомлен ни о какой новой угрозе, Миссис Поттс.

— Разве Ваш офис не был уведомлен о недавно зарегистрированном сексуальном преступнике прямо здесь, в Вашем собственном округе?"

"Зал взорвался ошеломленными выдохами и шумными перешептываниями. Женщины хватались за горло, а мужчины поворачивались к тем, кто был поблизости и ворчливо переговаривались. Один из пожилых мужчин поднялся на ноги, пока жена дергала его за куртку.

— Какого черта происходит, мэр Джонсон?

— Все, пожалуйста, успокойтесь. В Хендерсоне нет угрозы.

— Ну так есть здесь сексуальный маньяк или нет? — спросил мужчина с большей авторитетностью в голосе.

Мэр выглядел так, будто вот-вот бросится бежать, но, к счастью, Шериф Поттс встал и подошел к трибуне, чтобы взять слово. Мэр готов был расцеловать его за то, что ему удалось сорваться с крючка.

— Всем успокоиться, чтобы я мог говорить, — глубокий голос Шерифа прервал шум и все затихли.

Шериф Поттс учился вместе с его отцом, и Шейн знал, что этот человек честен и справедлив, поэтому хотел услышать, что он скажет. Джек повернул к нему голову, в его глазах ясно читалось, что ему не нравится, куда это все идет. Шейн посмотрел на своего лучшего друга точно так же, а затем обернулся, чтобы глянуть на реакцию Лу и то, что он увидел, свело все его внутренности болезненным спазмом. Лу выглядел так, будто только что стал свидетелем сеанса экзорцизма.

— В Хендерсоне зарегистрирован сексуальный преступник. Я связался с офицером по досрочному освобождению этого человека, и, согласно данным их участка, этот человек в полном сотрудничестве с условиями своего освобождения, — спокойно сказал Шериф.

— Освобождения? — закричал старик.