Осиная фабрика

Миссис Клэмп поджала губы.

— Ну, я же сделал это, — я улыбнулся.

— Миссис Клэмп это не интересно.

— Нет, я бы так не сказала, — заметила миссис Клэмп, кивнув головой с непонятным ударением.

— Видишь? — спросил я, мурлыкая, посмотрел на моего отца и указал головой на миссис Клэмп, которая громко прихлебывала.

Во время второго — тушеного мяса — я сидел тихо, отметив только во время десерта, что заварной крем с ревенем имел необычный вкус, хотя на самом деле просто молоко, из которого был приготовлен крем, явно скисло.

Я улыбался, отец рычал и миссис Клэмп прихлебывала десерт, сплевывая кусочки ревеня на салфетку. Сказать по правде, крем был немного не доварен.

2

Ужин сильно меня развеселил, и хотя вторая половина дня была жарче, чем утро, я был энергичней. Над морем не было щелей в облаках, свет просачивался сквозь облачное покрывало, объединяясь с наэлектризованностью воздуха и слабым ветром. Я вышел из дома, энергичной трусцой обежал остров, видел как уехала миссис Клэмп, потом я пошел в том же направлении, я хотел посидеть на верхушке высокой дюны, которая была в нескольких сотнях метров от острова и осмотреть млеющую землю в бинокль.

Как только я остановился, с меня закапал пот, и я почувствовал как начала побаливать голова. Я выпил воду, которую взял с собой, затем наполнил фляжку в ближайшем ручье. Безусловно, отец правильно говорил, что овцы испражнялись в ручьи, но я был уверен — у меня был иммунитет на все, чем я мог бы заразиться от воды из ручьев, я его приобрел за годы строительства плотин.

Я выпил больше, чем хотел и вернулся на свой наблюдательный пункт. Вдали на траве лежали неподвижные овцы. Даже чаек не было видно, только мухи летали. Со свалки по-прежнему поднимался дымок, еще одна струйка темно-голубого дыма поднималась в лесопосадках на холмах, дым был на краю вырубки, где рубили деревья для изготовления бумаги на фабрике, которая была на берегу залива. Я попробовал услышать жужжание пил, но не смог.

Я водил биноклем, наблюдая за югом, когда увидел моего отца.

Я перевел бинокль, потом рванул его обратно. Отец исчез, появился опять. Он был на тропинке, он направлялся в город. Я посмотрел на место, где был Прыжок и увидел, как отец взбирался по склону дюны, на котором я гонял на велосипеде, я увидел отца, когда он был на гребне Прыжка. Я видел, как он споткнулся незадолго до вершины дюны, но не упал и пошел дальше. Его шляпа исчезла за дальним склоном дюны. Я подумал, что отец шатался как пьяный.