Осколки разбитых иллюзий (СИ)

— Мы хотели ознакомить, вас, со статистикой и другими показателями. Но если акциями будете управлять не вы, считаю это нерациональным.

— Понимаю-понимаю. Что ж, тогда мне пора. Время поджимает, — он встаёт на ноги.

Адэм следует его примеру, я остаюсь сидеть на месте. Окидываю его изучающим взглядом, который он улавливает, поворачиваясь в мою сторону.

— Камилла, я бы очень хотел, чтобы вы приняли приглашение и посетили праздник. Анна хорошо знала Микаэля и Мураза, работала на них не один год, ей будет приятно познакомиться с вами обоими.

В мыслях начинают сгущаться тучи. Нехорошее предчувствие протягивает ко мне свои щупальца; окутывает позвоночник колючей проволокой.

— Не буду ничего обещать, Леонид. Мой супруг уже высказался по этому поводу, — чеканю, не смотря на мужчину.

Желание выгнать его взашей, из кабинета настолько велико, что приходится вцепиться в стул пальцами.

— Понял. Буду рад видеть вас вновь, — он жмёт руку Адэма и направляется к выходу.

Дверь за ним захлопывается.

Безмолвно требует посмотреть ему в лицо. Я повинуюсь и заглядываю в самое дно его глаз.

— Знаешь, ты и сатану доведёшь до белого каления! — стуча кончиком ручки по столу, произносит он. — Просил же держать себя в руках!

— Адэм, как продвигаются поиски девушки, что работала у отца — спрашиваю , пропуская мимо ушей его метафору. — Я хочу, чтобы этот человек вышел из нашей жизни также стремительно, как и вошел в неё!

— Поисками занимается Рустам.

— Надеюсь, — произношу тихо. — Пусть этот подонок как можно скорее окажется за решёткой.

Внутри меня начинает штормить. Становится очень и очень тревожно. Дышу через нос. Вбираю в себя воздух, удерживаю в груди и выдыхаю вновь.

— Что за ахинею он нёс?! Я ни черта не понял. Нужно обговорить с парнями.

Я ничего ему на это не отвечаю. Утопаю в жиже мыслей. Нужно найти какую-то информацию о его сестре, о нём самом. Возможно, у отца где-то есть записи или документы.

Адэм не спешит покидать конференц-зал. В его руках появляется пачка, он достаёт сигарету, сжимает её в зубах, чиркает зажигалкой.

— Адэм, — произношу я.

Его имя действует на меня, как микстура. Нравится, как вкусно звучит.