Осколки разбитых иллюзий (СИ)

Мы договариваемся встретиться в ресторане. Айла и бабушка Адэма уходят, оставляя нас одних.

— Пойду переоденусь, — говорю, собираясь уходить.

Адэм кивает, затем косится на пакеты, идёт и, собрав их в руки, говорит: — Я помогу занести в номер.

— Адэм, мне не удобно принимать всё это, — произношу, косясь на пакеты. — Они думают, что я твоя настоящая жена, поэтому добры ко мне.

Адэм замирает. Его взгляд, направленный на меня, тяжелеет.

— Ты моя настоящая жена, Камилла, — цедит сквозь зубы.

И не дожидаясь моего ответа, он выходит из номера.

Я бросаюсь за ним, раздосадованная сменой его настроения. Мы проходим в мой номер. Адэм шагает вперёд, оставляет пакеты в гостиной. Разворачивается, чтобы уйти. Его плечи напряжены, руки спрятаны в карманы. Он не смотрит на меня. Шагает к двери, открывает её, но я останавливаю его прежде, чем он успевает выйти.

— Адэм, — зову, дожидаюсь, чтобы он посмотрел на меня. — Напомни себе это в следующий раз, когда будешь регистрировать нас в разных номерах.

Сказав это, отворачиваюсь и иду в спальню.

Вспоминаю вчерашнюю злость на него и свое обещание, что обольщу его. Эта идея мне теперь не кажется такой гениальной, как вчера. Я успела даже составить план действий. Но теперь страшно, что всё может обернуться очередным провалом. Что, если Адэм вновь отвергнет меня? Как потом восстанавливать своё самолюбие?

Разгоняю мрачные мысли из головы прочь. Наношу легкий макияж, собираю волосы в высокий хвост. Переодеваюсь и тут же выхожу из номера, прихватив сумочку.

Двери напротив, открываются почти синхронно с моими. Ко мне навстречу выходит Адэм. Я скольжу по нему мимолётным взглядом. Демонстративно приподнимаю подбородок и следую вперёд.

Адэм хмыкает и настигает меня через пару шагов. Мы идем к лифту и протискиваемся в него, когда двери открываются на нашем этаже. Он заполнен людьми. Как только мы заходим, Адэм притягивает меня к себе ближе, ограждая от других пассажиров.

Он переоделся, в белоснежные льняные брюки и рубашку из того же материала.

Нанёс незнакомый мне ранее одеколон. Вбирая в лёгкие его аромат, уговариваю себя не поднимать на него свой взгляд, но тут же проигрываю битву самой себе. Мои глаза ищут его и, встретившись, утопают в них.

Кровь в венах начинает циркулировать интенсивнее.

— Я предполагал, что тебе будет комфортнее в отдельном номере, — неожиданно произносит он, наклонившись ко мне. — Если бы знал, что ты жаждешь моего общества…

Не заканчивает свою речь, заставляя меня покраснеть.