Она сверяет мои слова с записью в классном журнале и разрешает:
— Садитесь, мисс Холт, но учтите: вы получили первое предупреждение. Второе опоздание закончится для вас штрафными баллами и работой с дополнительным материалом. И это всех касается! — повышает голос, оглядывая класс. Протянув руку, показывает мне на единственную свободную парту в крайнем ряду у стены:
— Займите свое место, пожалуйста! Теперь на протяжении всего курса оно ваше!
Я киваю, подхватываю рюкзак и тороплюсь сесть, но внезапно спотыкаюсь, заметив за последней партой, следующей сразу после моей, — Картера Райта.
Он смотрит тоже ошарашено, для него это точно сюрприз не из приятных, и мои ноги едва меня слушаются, когда я опускаюсь перед ним на стул.
Черт! Только не это! Он не мог выбрать тот же предмет, что и я!
В классе всего шестнадцать человек, а в школе большой выбор дополнительных дисциплин для желающих получить аттестат с высокими баллами — макроэкономика, фотография, восточные культуры и психология, иностранные языки.
В нашем городе находится один из лучших университетов в штате, поэтому никому не хочется упустить свой шанс.
Так почему именно право?!
Алексу всегда учеба давалась легко, он собирался изучать журналистику, и наверняка бы окончил школу с отличием. Когда Грегори Батлер однажды пошутил, что природа справедливо распределила роли между близнецами — одному дала мозги, а другому кулаки, как Картеру, он обиделся и сказал, что его брат гораздо умнее, чем все полагают, и обязательно это докажет.
Но мне всегда казалось, что старший из братьев рассчитывал на спортивную стипендию, как Николас. Парни из команды по лакроссу просто с ума сходили от прошлогоднего успеха в городском чемпионате, и я слышала, что Райта выбрали капитаном… И вдруг — азы юриспруденции.
От ледяного взгляда в спину лопатки сковало так сильно, что я не могу пошевелиться. При попытке извлечь из недр рюкзака тетрадь и ручку — и то и другое падает на пол, и я застываю в нерешительности, понимая, что не способна их поднять.
— Пересадите ее в другое место!
Мисс Эдвардс как раз заканчивает знакомиться с учениками, когда вынужденно прерывается и поправляет на носу очки.
— Вы что-то сказали, мистер… э-э, Райт? — переспрашивает она, словно не расслышала.
— Да, — слышится глухое и жесткое за спиной. — Я сказал, пересадите Холт в другое место.
Господи, мое сердце подпрыгивает и колотится, как у испуганной лани.
