Ну да, ситуация более чем странная, согласна.
Только я тут не причем, это все он!!!
— Гражданка Огнева, Махдаев Осман Дамирович украл вашего ребёнка? Угрожал вам?
— О-он… — ни с того ни с сего начинаю заикаться.
Просто этот взгляд Османа, он… обещает, что любое мое слово будет использовано против меня.
Мысленно предупреждает, чтобы я хорошенько подумала над тем, что собираюсь сказать. Не первый день с ним знакома, знаю.
Мое молчание затягивается, и первым его нарушает Осман. Наверное, расценил это как растерянность.
— В моем офисе куча камер, мы можем вместе просмотреть все записи и убедиться в том, что произошло недоразумение.
— Обязательно посмотрим и проверим.
Они еще долго не уходят, тщательно расспрашивают Османа о том, видел ли он кого-нибудь, кто подкинул ребенка? Где находился полчаса назад?
И кажется, очень быстро понимают, что зря это все затеяли. Махдаев любого заткнет, не дав открыть рот.
— Так как жалоба была анонимная, мы обязаны проверить все детали.
— Ребят, все устали, все на взводе… — Осман как всегда ведет себя как хозяин положения.
А малышка вдруг начинает хныкать, грозясь залиться громким плачем.
Ну, Каришка, ну хитрюга, папе решила подыграть?
— Давайте, уладим этот вопрос без дам? У Полины Аркадьевны, как вы видите, ко мне нет никаких претензий, ведь так?
— Да, никаких претензий, — повторяю за ним, укачивая ребенка на руках.
Мне действительно хочется, чтобы все поскорее закончилось. Я устала, моя девочка устала и ей нужно поесть, поспать.
— Предлагаю вам пройти в соседний кабинет, Тамара сделает всем по чашечке кофе, посидим, все детали проясню лично.
Полицейские вновь переглядываются, точно ведут диалог на ментальном уровне. Кивают, наверное, сдавшись под напором Османа — слишком уверенно он себя ведет.
Ну да, конечно, это же Махдаев. У него это в крови.
А у меня вот каша в голове.
— Тома, проводи парней, сейчас подойду!
Как только дружная процессия покидает кабинет Османа, он… снова закрывает дверь на ключ и поворачивается ко мне.
— А теперь давай начистоту, Огнева. Что за спектакль ты устроила?
* * *Я смотрю на Османа и не узнаю его.
Когда он успел стать таким?
Черствым. Бессердечным. Жестоким.
Не верит ни единому моему слову. Пытаюсь объяснить, что я не причем, но безуспешно.
Проще биться головой об стену.
В какой-то момент это выводит меня из себя. Весь день провела в поисках своей бедной малышки, не ела, не пила, устала, как собака.
