Неужели… Черт, неужели Поля опять за старое и действует за моей спиной? Но именно в такую минуту? Зачем ей это? Разве не она десятью минутами ранее не находила себе места от того, что у Карины поднялась температура? А вспоминать то, что чуть не произошло между нами дома у тети Люды, вообще не стоит…
— Что ты задумала, Огонёк? — задаю я вопрос вслух, стараясь не отставать от машины.
Хм, наверное, все-таки, такси? Потому что сворачивают они аккурат к дому Огневой. Может, забыла что-то? Захотела забрать вещи дочери?
Но тогда могла бы попросить меня заехать, в чем проблема?
Паркуюсь чуть подальше и выхожу из машины.
Нет смысла сидеть и гадать, нужно поскорее со всем этим разобраться. Кто знает, вдруг моя дочь и ее мать в опасности?
— Эй, открывай! — стучу по тонированному стеклу авто со стороны водительского сиденья.
Оно спускается не сразу, точно сидящий внутри человек думает, стоит ли вообще это делать.
А когда спускается… глазам своим не верю. Вижу этого урода Геру.
Того самого, что сох по Огневой и даже пытался подкатить к ней, но не вышло.
— Какого хрена?! — он явно выглядит удивленным. Не ожидал меня здесь увидит, ха! — Ты… — тут же обращается к Поле, притихшей на заднем сиденье и испуганно держащей дочь. — Ну сука, это ты позвонила, да?!
— Вылезай, — рычу я, хватая доходягу за грудки и бесцеремонно вытаскиваю из тачки. — Поля, бери дочь и быстро в мою машину, — бросаю Огневой, указывая в сторону своего черного мерина.
Отвожу Геру на приличное расстояние, чтобы не напугать девчонок.
— Давно не виделись, — удар под дых, чтобы был сговорчивее. — Выкладывай, что задумал?
— Пошел ты…
— Неверный ответ, — еще один удар. — Я жду.
Заношу руку, чтобы припугнуть. Получается. Гера никогда не отличался храбростью, он был шавкой отца Полины, Аркадия, и трусливо сбежал в самый последний момент, когда того посадили.
— Ладно, ладно…
— Прохладно. Говори, зачем украл Полину с ребенком?
— Для дела.
— Для какого еще дела?
— Меня попросили.
— Говори яснее, — трясу Геру.
— Кто попросил? На кого ты работаешь? Что задумали?
Молчит, только выпучил глаза.
— Ты же меня знаешь, — мой голос становится нарочито вкрадчивым. — Я с тобой церемониться не буду… Говори. Кто тебя нанял?
— Ты его знаешь, — хрипит своим мерзким голосом. — Все тот же человек.
— Кто? — немного не понимаю, его слова сбивают с толку.
— Удивлен? — этот урод даже позволяет себе легкую усмешку, но я как следует прикладываю его к стене дома. — Это Аркадий. Отец Огневой.
