Артём хоть и выглядит удивленным, но на мои просьбы откликается весьма бодро. Правильно, нечего пацанам в тяжелые моменты теряться.
Поля приходит в себя только спустя десять минут. А потом, сбиваясь от волнения, рассказывает мне о том, что уже очень давно ее шантажируют какие-то люди.
— Они требуют с меня деньги за долги отца, но я им не верю. Мой папа, он… Он бы никогда так с нами не поступил. Он был честным и добрым.
И что же прикажете делать? Прямо сейчас разбить Полине сердце той жестокой правдой, которую я узнал о ее отце?
Выложить всю подноготную Аркадия Огнева, рассказать о том, как он проворачивал темные делишки и пользовался своим должностным положением?
Поверить ли она мне? Не думаю.
Но я не отрицаю того факта, что Поля должна знать правду.
Только сейчас не лучшее для этого время, расскажу ей чуть позже, как разберусь с этими горе-вымогателями. Вычислить их не составит труда, подключу своих ребят и опытных бойцов Багирова, остальное — дело техники.
— Так, давай, Поль, спокойно собирай вещи, бери все необходимое для себя, сестры и дочери, и поедем отсюда.
— В смысле поедем? — выпучила глазки, хлопает ими, не понимает, что я несу.
Ну а что она думала? Думала, оставлю их тут в разбитой квартире да еще и один на один с этими уродами — по-другому не назовешь.
— В прямом, Поль. Это даже не обсуждается. Это не безопасно, только представь, что бы случилось, если бы они не промахнулись?
— Что… Осман, ты хочешь сказать, что они… Господи! Они, что же, метили прямо сюда, — Поля взволнованно обводит ладошкой комнату вокруг себя.
— Вполне может быть. В первый раз же закинули именно сюда?
— Да… но как ты узнал?
— У вас на балконе дыра в стекле.
Поля молчит, закусывает губу, я вижу, что она в замешательстве.
Решаю воспользоваться этим.
— Пойду предупрежу Василису, не думаю, что она откажется от переезда…
— Я согласна! — из-за двери выглядывает кучерявая макушка смущенной Васьки, которая стоит, поддерживаемая под руку Артёмом.
Впрочем, он не выглядит слишком уж довольным тем, что ему приходится заботится о больных и хромых.
Сколько раз я говорил тете Люде, чтобы не баловала сына, и вот результат. Ну ничего, еще не все потеряно.
— Три против одного, — развожу руками, мол, прости, Огнева, ты в пролете.
— А третий кто?
— Как кто, Карина, конечно.
Услышав свое имя, малышка тут же агукает. Ну принцесса, знает, как управлять мной, все-то она чувствует.
Вон как глазками буравит всех, точно понимает, о чем говорим.
