Можно отправить конницу, они доберутся быстрее, но нам нужно потянуть время. Потребуется немало солдат, чтобы защитить как столицу, так и границу, – Северин вновь садится за свой стол, копаясь в бумагах.
– Есть город поблизости, где мы можем расположиться?
– Да. Долкор идеально подойдёт. Он ближе всех, там есть одна из наших резиденций и казармы. Сам город не очень большой, но окружён равнинами, леса в том районе недостаточно густые, легко будет встать лагерем.
– Подойдёт, – соглашается Александр. – Тени, я и Агата тоже выйдем через два дня, а с Даниилом встретимся через девять дней.
– Почему так долго? Дорога займёт только четыре. Зачем тебе ещё три? – удивляется Анна.
– Дать возможность нашим солдатам подготовиться, а шпионам узнать как можно больше о количестве и подготовке армии, что привёл король Аракена, – спокойно разъясняет старший принц. – К тому же Даниил уже караулит на своей границе, вот пусть и дальше ждёт на холоде. Мороз выматывает людей.
Александр поднимается с места.
– Я пойду отдам приказы своим, поем.
Потом вернусь к тебе, Северин, и мы закончим приготовления, – он дожидается согласного кивка от брата и поворачивается ко мне. – Пойдём, маленькая Мара, выберем тебе оружие поострее.
Я вижу, что он следит за каждым моим движением, поэтому я стараюсь игнорировать неприятное чувство в боку и встать как можно более непринуждённо.
В коридоре он двигается медленнее, подстраивается под мой шаг и ничего не говорит, пока мы не проходим почти весь путь, углубляясь во дворец в сторону оружейной.
Когда мы сворачиваем в пустой коридор, он вдруг обхватывает рукой мою шею сзади и притягивает к себе, обнимая. Утыкается мне носом в волосы, а я сжимаю кафтан на его спине, щекой прижимаясь к груди, чувствуя его ровное сердцебиение.
– Испугался? – тихо начинаю я, когда он продолжает молчать.
– Разозлился, – так же тихо поправляет он.
Молодой человек выжидает ещё какое-то время и отстраняется. Мне не кажется, в его глазах и вправду больше теней. Не только новые круги под глазами, но даже былой блеск изумруда стал не столь ярким.
Внезапно его взгляд стекленеет, и принц начинает заваливаться на бок, будто его тело штормит.
– Александр! – Я хватаю его за локоть и с облегчением выдыхаю, когда он сразу приходит в себя, вновь выпрямляясь. – В чём дело?
Он трёт висок, а потом лоб, морщится от невидимой боли. Он выглядит изнеможённым.
– В последнее время голова болит. Слишком много забот, и я устал. Ничего больше.
– Тебя не ранили?
– Нет. Пойдём.
