– Как я поняла, вначале Александр поднял меня просто, чтобы узнать правду о моей смерти, но после не торопился возвращать обратно в могилу. Спустя несколько месяцев мы подружились с Северином. Возможно, под определённым давлением со стороны брата, Александр принял решение оживить меня. Несмотря на его дрянной характер, я обязана ему всем.
Последние слова накатываются на меня чувством вины, стыда и благодарности. Аарон оживил мою младшую сестру, а также поднял меня, подарив возможность увидеться с ней ещё хоть раз.
– Сколько тебе лет?
– Мне уже двадцать, Агата, – ласково улыбается сестра, половину моих волос она оставляет распущенными, а верхнюю половину заплетает в свободную косу и укладывает кольцами на затылке. – Я жива уже больше трех лет. Так что я теперь старшая сестра из нас двоих.
Маленькая Мара. Теперь я младшая. Морок давал мне множество подсказок.
Я всегда была старшей. Я отдавала Анне большую часть собранных в лесу ягод, потому что свою половину она умудрялась съесть буквально за мгновения, не думая о том, что удовольствие стоило бы растянуть.
Я рассказывала сказки и нянчила её, когда родители были заняты. Спала рядом с ней холодными зимними ночами, чтобы нам обеим было теплее, а потом умывала лицо сестры чистым свежевыпавшим снегом, а она смеялась, но продолжала вопить, что ей холодно. Я начала обучение Мары раньше, а когда и Анна присоединилась к нам, то я стала тренироваться усерднее остальных, чувствуя ответственность за сестру, зная, что мне всю жизнь придётся её защищать.
Я приготовилась к жертвам ради её счастья, была готова вновь лечь в могилу, лишь бы убедить Даниила дать Анне шанс на новую жизнь.
Но теперь Аарон снял с меня всю ответственность, вернув Анну к жизни. Он отдал самый ценный дар Морока и часть своих сил. И за всё это мне ещё предстоит на него наорать и благодарить до конца отведённых мне дней. Хотя неизвестно, сколько ещё он позволит мне прожить.
– Как он поднял меня?
Тень недовольства пробегает по лицу сестры, она хмурит лоб.
– Это он расскажет сам, пусть скажет тебе в лицо.
Однако Александр совершил ошибку. Морок, который уже оживил одного человека, может поднять вновь другого из могилы, но оживить ещё раз ему не под силу. Он не может сделать тебя живой, Агата.
Всё сожаление на её лице сменяется удивлением, когда я громко выдыхаю с облегчением, даже спина и плечи расслабляются.
– Мне оно и не особо нужно.
– А мне нужно! – упирается сестра, становясь похожей на ту капризную девушку, которую я знала.
