Меня буквально тянет что-то внутри к ней, и я замираю в страхе перед этим чувством. Замираю, будто действительно жду, что какая-то невидимая нить сейчас дёрнет меня вперёд и протащит по полу, будет тащить и тащить, пока я не окажусь рядом с ней.
Не знаю, как долго я колеблюсь, путаясь в собственных мыслях и желаниях, но всё стирается, когда меня накрывает непонятное ощущение.
Я едва не кричу, когда резкая боль пронзает меня где-то чуть ниже сердца в районе желудка. Мой рот наполняется вкусом крови, едва успеваю ухватиться за балдахин, чтобы не упасть на пол.
Опускаю взгляд вниз, проверяя тело, но там ничего нет. Я сглатываю кровь, однако там тоже нет ничего, кроме слюны. Ощупываю себя трясущимися руками, не понимая, что произошло и почему моё сердце пытается выскочить наружу, почему я всё ещё чувствую, как по телу прокатываются волны резкой боли.
Что-то внутри подсказывает мне взять в руки меч и выйти.
Я бегу.
На лестнице я буквально нос к носу сталкиваюсь с четырьмя людьми во всём чёрном.
Мне хватает одного взгляда, чтобы понять, что они направляются в спальню брата и что эти люди не наша стража.
Они так же замирают, оценивая меня. Секунда, и я двигаюсь быстрее. Перестаю анализировать, позволяя рефлексам, которые меня ещё не подводили, работать за меня. Одно движение для двоих. Мой меч делает дугу снизу вверх. Первому я вспарываю грудь, перехватываю меч и сразу веду вниз, обрушивая другому на сгиб между шеей и плечом. Третьего бью ногой в живот, вытаскиваю свой меч из тела второго, который начинает оседать, бью четвёртого в горло и добиваю третьего, когда он пытается вновь подняться на ноги.
Меня не отпускает привкус крови во рту, а беспокойство комом стоит в горле, душит меня каким-то незнакомым или давно забытым чувством, которое я пока не понимаю.
На лестнице встречаю ещё двоих, разбираюсь и с ними. Вижу, как с первого этажа ко мне бежит Кристиан. Слышится колокольный звон. Кто-то поднял тревогу. Я едва успеваю остановить лезвие от удара, когда Северин случайно врезается в меня на третьем этаже.
Моё сердце замирает, стоит мне заметить кровь на его рубашке, слишком много крови. На шее тёмно-красная полоса, как от удавки. Я ощупываю его тело в поисках ран, но он отмахивается, хрипит, пытаясь что-то сказать, пальцами впивается в мои плечи.
– Что за чёрт?! – ругается Кристиан, как и я, проверяя брата.
– Похоже, наёмники, – сухо отзываюсь я.
– Ты ранен? – спрашивает Кристиан у Северина, и тот мотает головой.
