Особенности содержания небожителей

— Когда змеи линяют, они ползут к воде. И… когда у меня был речной уж, отец говорил ставить ему блюдечко с водой при линьке. Это еще в детстве было. А юная госпожа Чоу, видимо, провалилась в древнее подземелье и не смогла оттуда выбраться. Мы лишь помогли ей добраться до озера. А потом до дома… 

Говорить в лицо местным старейшинам «вы идиоты, раз сами не додумались и поколениями убивали своих детей» было категорически нежелательно. Лучше притвориться добрыми простаками, которые якобы не поняли, почему девочка была заперта.

Мы просто искупали змейку. Ну так, случайно. И тайну вашу тоже случайно узнали, мимоходом. Ну подумаешь, семья змей-оборотней.

— Как ваше имя, юная госпожа? — после долгого-долгого молчания спросил глава семьи Чоу.

— Тан Янли, уважаемый старейшина. — Я вежливо поклонилась. — Видимо, судьбе угодно, чтобы наша кровь обязательно смешалась по воле небес. Моя кузина, дочь достопочтенной сестры моего отца, думаю, уже приняла ухаживания наследника вашего рода.

Мужчины семьи Чоу негромко зашумели за спинами старейшин.

Кажется, я вовремя ввернула про будущие родственные связи. Потому что чужих, открывших такой серьезный секрет, логичнее прибить, даже несмотря на благодарность. Ну или запереть покрепче, обеспечив комфортную камеру на территории поместья до конца наших дней. А так… во-первых, мы не проходимцы со стороны, люди с именем. А во-вторых, почти свои, получается. Можно по-родственному сохранить общий секрет. 

— Приветствую достопочтенных старейшин и главу дома, — вмешался в наш диалог заклинатель, и я почувствовала, как меня тянут сзади за пояс, причем еще и подергивают, как строптивую лошадку за узду.

Кажется, кое-кто таким образом выражает неудовольствие женским самоуправством… патриархал чертов. — Мое имя Тан Юншен. Я муж Тан Янли. Моя супруга занималась сбором ночных трав около Воющих скал, и мы с деверем ее сопровождали. Прошу, не стоит волноваться. Наша семья прекрасно знает о божественных змеях чунлунь, о них часто упоминается в библиотеке пиков Даншан. И мы не испытываем к небесным зверям какой-либо неприязни.  

— Небожитель с рабским клеймом! — выкрикнули вдруг откуда-то из задних рядов. — Это… тот самый? 

— Тот самый? — слегка опешил я. Но тут же понял, что они про распущенные Янли слухи. Потому уже открыл рот, чтобы подтвердить, но…

— Ну тот, которого сладострастная дочь торговца заперла в поместье и насилует. 

Янли поперхнулась воздухом, и мне, вместо того чтобы кашлять кровью самому, пришлось хлопать по спине жену.