Особенности содержания небожителей

Разве что глаза не опускал, а прожигал меня искрящимися от негодования черными зрачками. 

— Она самая. Зато мой муж точно по сторонам смотреть не будет. — Вполне довольная диверсией, я устроилась у Юншена на плече и попробовала задремать — по правде говоря, укачало меня просто зверски. 

Руку из-под его ханьфу так и не вытащила.

Заклинатель ничего не ответил. Только вздохнул так, что, кажется, все занавеси всколыхнулись.

До западного, прямо противоположного нашему предместья мы добрались к середине ночи и дружно решили, что нет смысла тащиться на Травный рынок, пока мы не найдем нужный рецепт в хранилище свитков.

Поэтому А-Лей снял нам два номера в хорошей гостинице. В одном он поселился вместе со змеем (Шенсан с минуту сосредоточенно сопел возле двери в нашу с Юншеном комнату, но потом поймал мой многообещающий взгляд и молча ушел в соседнюю дверь. Благо расположились мы совсем рядом, через тонкую стенку), а второй — с большой кроватью и гнутыми подсвечниками в духе дешевых свадебных украшений — с гадкой улыбочкой подсунул нам.

Вот только зря старался. Едва мы зашли в номер и я села на кровать, как все тихонько начало уплывать в сторону. Единственное, что из всего супружеского долга выпало на долю моего мужа, — это ловить меня, чтобы просто не упала на пол, а потом раздевать и укладывать под одеялко. Последнее помню только частично и очень смутно — духота и тряска уболтали меня настолько, что я уснула, даже, кажется, не успев коснуться головой подушки.

Зато утро началось бодро. В прямом смысле слова — я отлично выспалась, от вчерашнего мутного и тошнотного состояния не осталось и следа. Теплый муж, обнаружившийся под щекой, рукой и ногой, всю ночь служил отличной грелкой — в номере было прохладно, а одеяла оказались возмутительно тонкими. Что самое интересное и небывалое — на прекрасном небожителе из всех нижних одеяний обнаружились только штаны. Как так, мое стеснительное совершенство — и вдруг настолько разделось, чтобы ослеплять меня своими восемью кубиками пресса и прочими несомненными обнаженными достоинствами?

Ответ на вопрос нашелся почти сразу: его рубашка была надета на мне поверх моей, его ночные шелковые чехлы для лап были натянуты на мои ноги.

— Ты замерзла, — спокойно поведал он в ответ на вопросительный взгляд. — А верхние одежды могли помяться. Они слишком неудобные для того, чтобы в них спать. 

— Медитация, — пожал плечами Юншен.