Особенности содержания небожителей

Все же мои земные знания, наложившись на неплохую местную подготовку Янли, дали прекрасный результат. Та же акупунктура, если ее применять не просто по наитию и рисункам на философских свитках, как тут принято, а четко зная анатомию и физиологию, в разы лучше действует. Да и в остальном сплав «энергии ци» с развитыми навыками врача широкого профиля — это сила.

Ну да, ну да. Я использовала знания Янли, умения и связи братца и свои собственные медицинские навыки, чтобы, ускользнув из-под надзора, лечить чужую прислугу.

И вообще, оказывать помощь самым бедным и беззащитным из них. Бесплатно. Скрываясь под белой вуалью.

Вскоре слух о белой деве, стремящейся к совершенству и приносящей людям исцеление, облетел все предместья. А поскольку денег я по-прежнему не брала, со мной охотно делились другим — информацией.

Все сплетни города стекались в мои уши. Все самые тайные телодвижения знатных господ можно было заносить в картотеку и складировать пачками. На слуг и рабов часто не обращают внимания.

А эти люди тоже все видят, слышат и прекрасно умеют делать выводы. Конечно, просто так и с кем попало ни один слуга не станет болтать о хозяйских делах. Но белая дева, вылечившая застарелый ревматизм старой прачки или упавшего с дерева младшего сынишку садовника, — это ведь не кто попало. А уж если приходилось лечить травмы после господских наказаний и побоев, то информация и вовсе лилась рекой.

Короче говоря, через три месяца я добралась наконец до «маленьких грязных секретов» своего жениха.

И тихо похвалила свою интуицию. Потому что маленькими эти секреты могла назвать только закоренелая слепоглухонемая бессмертная оптимистка.

Оставалось лишь правильно преподнести это родителям. Я очень долго думала, как это сделать. Продумывала вариант и с письмом от анонима, и с игрой в детектива. Была мысль попросить помощи у пациенток-служанок из дома жениха. Но все эти планы казались мне слишком ненадежными. Учитывая местную специфику, которую я успела досконально изучить за прошедшие месяцы, у каждой задумки был существенный изъян.

В конце концов я приняла, наверное, единственно правильное в моем положении решение: выбрала момент, пошла к мачехе и сказала правду.

Ну как сказала… Зайти пришлось, конечно, издалека. Во-первых, по истечении трех месяцев плотного затворничества я начала потихоньку высовывать кончик носа во внешний мир и первым делом заинтересовалась здоровьем собственных слуг. До этого я старательно лечила только чужих.