Особенности содержания небожителей

 

— Типун тебе на язы-ык… — Сладкий зевок утонул в покрывале, я закуталась с головой, уже не обращая внимания на то, что Юншен отчего-то не стал ограждать свою и мою честь, как делал это каждую ночь, возводя буквально стену из подушек между нами. Благо размер кровати позволял и не такое строительство. 

— Янли! — Папочкин бизоний рев с утра пораньше над самой моей головой оказался неприятным сюрпризом. — Как ты посмела скрыть такое?! Почему я не знал?! Сейчас же представь своего мужа нормально и… э… э… Немедленно оденьтесь и приходите в главный зал! Бесстыдники!

— Проспорил, — выдохнул мне в затылок непонятную фразу заклинатель.

А я, проморгавшись и сообразив, чем явь отличается от сновидений, почувствовала, что он обнимает меня со спины и касается меня не только грудью, но и кое-чем явно нездорово озабоченным — пониже. — Сам себе проспорил, — зачем-то пояснил мне Юншен. — Я ставил на три дня. Каюсь, недооценил скорость распространения слухов.

— Ну зачем, Янли? Как можно было скрывать такое от своих родителей?! Доченька, мы же тебя любим! Ты поэтому отказывалась от всех замужеств, да? — Отец лисицы действительно относился к ней очень лояльно.

Когда я еще был обычным смертным, девушку из благородной семьи просто выкинули бы с позором из дому, застав ее в постели с мужчиной до замужества. То ли нравы за эти годы изменились так сильно, то ли Янли просто приучила всех к своей свободе выбора и действий. Скорее всего, обе причины. Да и торговцы, пусть и зажиточные, это не потомственные аристократы, у них все проще и человечнее. А может, повлияло то, что благодаря слухам меня принимают не за любовника, а за мужа лисы. 

— Пап. — Янли сморщилась так, словно у нее заболели разом все зубы. — Ты же умный человек…

— Естественно! — загрохотал мой будущий тесть. — Именно поэтому не верю во всякие глупости про кровожадных демонов-наложников! Но зачем ты затеяла это представление, вместо того чтобы нормально привести мужа в дом?!

— Па-па! — Голос лисицы опасно прозвенел закаленной сталью.

— Да-да, я помню про рабское клеймо и опасность, угрожающую этому человеку. — Господин Тан сурово сдвинул брови. — Ты его спасла, разыграв представление для посторонних. Но нас зачем было обманывать?!

— О боже… — простонала Янли и закрыла лицо руками. 

Ее братец, наблюдавший за этим спектаклем квадратными глазами, тихо-тихо начал красться к двери.