Особое предложение

Весь ее вид говорил: «Понимаю, что ваше величество недовольны моей излишней инициативой, но ведь хотела как лучше!»

Однако император не дрогнул от умильной мордашки, лишь едва уловимым кивком головы дал понять, чтобы выметалась. Графиня понурилась и прошмыгнула к выходу.

Оба вышли, но дверь за ними закрылась неплотно, и до меня донеслось приглушенное рычание:

– Я же тебя предупреждал, чтобы в этих покоях не то что ноги твоей – духу не было!

От ярости в его голосе я и сама испугалась, прижав руки к испуганно колотящемуся сердцу.

– Дэриэн, дорогой… – жалобно залепетала графиня.

Больше ничего услышать не удалось, а я еще несколько минут так и стояла, справляясь со страхом. В первый момент подумала, что император злится из-за нашей встречи, но потом поняла, что дело в самих покоях. Он не хотел, чтобы в комнаты, где жила его невеста, ступала нога любовницы, оскверняя их.

Подумав, поняла, что в принципе он прав. После свадьбы жена переделает эти покои на свой вкус, а любой женщине будет неприятно узнать, что их посещала любовница.

А еще я получила урок: никогда, ни при каких обстоятельствах, не злить его величество! Он же без всякой магии способен одним взглядом заморозить.

Закончив с платьем, портниха графини с помощницами ушли. Правда вскоре одна из девушек вернулась обратно с просьбой отдать платье под предлогом что-то доделать. Ага! Леди Наркиса поняла, что выходка со старушечьим нарядом будет иметь для нее последствия, и решила отыграть все назад.

Сама же села писать записку мадам Пауле, чтобы приехала сегодня же и как можно быстрее, мне необходимо платье. Можно было бы доставить неприятности графине, появившись один раз в шедевре от нее, но не в ущерб же себе. Боюсь, мой выход в таком виде надолго запомнят и исправить впечатление будет стоить больших трудов. Я же завтра должна выглядеть безупречно.

Глава 17

Адель закончила дела и села в углу спальни, занявшись вышивкой.

Мадам Паула не подвела. Не прошло и трех часов, как она появилась в моих апартаментах. Такая же яркая и шумная, как экзотическая птичка.

– О, дорогая! Вы побледнели! И похудели! Боюсь, как бы не пришлось ушивать наряды, что я нашла вам.

Вокруг меня закружился сонм ее девиц, которые начали осторожно раздевать меня, потом занялись мерками.