Айдан и внукам своим запретила строго-настрого на улицу выходить, поэтому я послала к Дианте своего человека.
Оставалось только ждать, что сложнее всего. А еще я, как назло, осталась без кристалла связи. Сирил обещал его зарядить, но так и не вернул. Так бы хоть брату позвонила и попросила совета. Чувствуя мое беспокойство, прилетел Рорк, покрутился рядом со мной немного, но, не найдя вокруг ничего подозрительного, вернулся в сад. Тем более что там дети усиленно подкармливали его мясом, стараясь подружиться. Хитрец подношения съедал, но подлетать к ним не спешил, позволяя лишь любоваться собою издали.
"
"Это был очень долгий день. Лишь ближе к вечеру пришел ответ от Дианты, которая сообщила, что Сирил во дворце. Он под стражей, но его разместили в той части тюрьмы, где содержат высокопоставленных пленников. Если бы в чем-то серьезном обвиняли, вряд ли бы держали с комфортом. По поводу причины задержания ничего выяснить не удалось. Приказ акифа, и все.
Я долго думала перед сном и ночью крутилась, а утром встала с твердой решимостью добиться встречи.
Оделась с особой тщательностью, дорогими одеждами и украшениями подчеркивая свое высокое положение. Я – не просительница. Я – высокородная эльфийка, законопослушная гостья Игенборга и желаю знать, почему задержали моего человека.
Про слепого музыканта я тоже не забыла. Айдан заключила с ним договор, что нанимает его на месяц играть и петь в таверне. Платить ему она не могла, и так едва сводит концы с концами, пришлось мне пожертвовать монеты ему на жалованье.
Но, по крайней мере, у меня теперь была бумага, подтверждающая, что он не бродяга, и из города его не выгонят. Оставалось выяснить, где искать его внука. Стражник, который ездил вчера с запиской к Дианте, слышал, что вроде всех беспризорников подходящего возраста и пола свозили в военную школу, где обучают стражей.
И вот я опять приехала к дворцу акифа. На этот раз с еще большей помпой. Ради внушительности взяла с собой почти всех охранников, оставив всего двоих следить за товаром. Отсутствие людей возле административного здания, где подают прошения, подтверждали мои подозрения о том, что акиф пока не принимает.
Все равно сходила и получила от ворот поворот.
Но отступать я не собиралась. Вместо того чтобы вернуться в паланкин, пошла в противоположную сторону и стала подниматься по многочисленным ступеням, ведущим к главному входу, мысленно костеря местную архитектуру. Ведь наверняка есть и иной вход, с более удобным подъездом, откуда выезжают верхом.
